Ричард Длинные Руки – курпринц

 – Друзья твои уже в аду, как тебе не стыдно их бросить? А как же воинская дружба?

Он снова замахнулся, но я попятился, даже не пытаясь подставить щит, слишком уж массивное это чудовище, топор в его лапе таких размеров, что с одного удара прорубит городские врата.

– Дружба бессмертна, – повторил я с укором, – как тебе не стыдно не пойти за друзьями?

Увернувшись пару раз, я сманеврировал ближе к обрыву, а потом коснулся коленом Зайчика и сказал кровожадно:

– Давай!

Он сделал стремительный прыжок вперед, удар о багрового коня едва не выбросил меня из седла, но того отпихнуло на три-четыре ярда.

Я видел ужас в горящих адским огнем глазах багрового коня, когда задние копыта сорвались с края. Какое-то мгновение пытался уцепиться передними, из копыт даже начали вылезать длинные когти, но тяжелая задница и масса воина в громоздких доспехах потащили в пропасть.

Я победно прокричал:

– Скажи всем там в аду, что скоро приду погонять их и там! Я человек веселый!

Хреймдар подбежал, осторожно наклонился над краем.

На лице его, как мне показалось, заиграли отблески далекого зарева.

Я опасливо посмотрел вниз, там далеко у подножия в самом деле целое море пурпурного огня, освещающее обрывистый склон. Раскаленные всадники и кони разбились внизу на крупные и мелкие угли, что образовали целое огненное озеро.

– Красиво? – спросил я. – Эх, Хреймдар! Не спи, замерзнешь.

Он вздрогнул, выходя из ступора.

– К-красиво?

– Ну да, – сказал я, – во всем нужно видеть прекрасное.

Мы же эстеты? А это красиво и символично: они жили ярко, горели на работе и сгорели ярко и празднично. Никаких отвратительных трупов, гниющего мяса… а вот так! Уверен, ты бы тоже хотел вот так красиво!

Он содрогнулся всем телом.

– Н-нет!.. Ничуть!

Я изумился:

– Не находишь это волнительным? Ты что, ни разу не эстет?

Он попятился от края.

– Ваша светлость… ну какой эстет из ученого? Да и вообще, эстетов не бывает!

Я широко раскрыл глаза.

– Как это? Я со всех сторон слышу…

– Врут, – сказал он сердито. – Мелкие людишки придумывают себе достоинства, чтобы тоже выглядеть как бы людьми. А нам себе придумывать ничего не надо, мы и так чего-то стоим. Особенно, когда вижу, как вы развлекаетесь во время прогулок…

– Да уж, – согласился я, – просто ухахатываюсь. Ты в лагерь?

– Да…

– Поедем вместе?

Он вздрогнул всем телом.

– Не-е-ет! Я вернусь в лагерь другой дорогой.