Ричард Длинные Руки – пфальцграф

 – Жирное мясо – это мясо. А нежирное – вроде и не мясо вовсе… Сэр Ричард, я никогда даже не слышал, чтобы василиска ели!

Килпатрик хохотнул:

– Будем первыми.

Я посмотрел на небо:

– Тогда небольшой привал. Коней распрячь, напоить, пусть отдохнут. А мы посмотрим, что это за деликатес…

Ворпед, вздыхая и часто крестясь, взялся разделывать редчайшую добычу. Он считается мастером, может шкуру снять так, что остается цела вся, а тушу любого зверя вытаскивает через пасть, сделав всего пару крохотных надрезов.

Отец Бонидерий освятил василиска и прочел над ним очистительную молитву. Все сгрудились и жадно смотрели, как Ворпед ловко расчленяет тушу на части. Нож ни разу не наткнулся на кости, даже между суставами проходил, словно и не касался, куски отваливаются будто сами по себе. Их подхватывали и торопливо нанизывали на прутья.

У костра все спорили о природе василисков, а Ворпед, обычно немногословный, наконец сказал с явным неудовольствием:

– Ну что вы навыдумывали? Василиск вовсе не смотрит на тех, кого хочет сожрать.

Он же не камнями питается, понимать надо!..

– А как же ловит? – спросил Килпатрик.

– По слуху.

– Ага, глаза закрывает!

– Ты зубы не скаль, он в самом деле все по слуху, как слепой. Но если добыча не по зубам, василиск может и посмотреть.

Будакер подал голос:

– По-моему, они вообще глаз не открывают. Ну, почти не открывают. Это если на него кто сам нападет, тогда да, посмотрит.

Ворпед продолжал рассудительно:

– Если он будет на всех смотреть, вокруг останутся камни, а сам он с голоду подохнет.

Но вы ж видите какой толстый…

Василиск оказался в самом деле крупный и упитанный, хватило на всех, погрызли даже кости, вдруг именно там внутри вся его сила. Мясо василиска, как говорят, придает мужскому взгляду твердость, мышцам силу, а самое главное – увеличивает главную мужскую силу, что для нас так важно. Во всяком случае, говорят, что увеличивает.

Дальше двигались на рысях, останавливаться приходилось иногда из-за леди Беатриссы.

Она быстро уставала везти яйцо дракона, подвешенное на палке, это чтоб не стучало о конскую упряжь, рыцари тут же вызывались помочь, и начиналась неразбериха, когда каждый уверял, что знает, что делает, а леди Беатрисса визжала, что вот-вот уронят дракончика.

Я снова выезжал вперед, но однажды на взмыленных конях догнали Макс и Килпатрик, взволнованные, Макс побелел, да и Килпатрик выглядит не на шутку испуганным.