Ричард Длинные Руки – герцог

Раньше я полагал, что король не может давать титулы герцогов, это прерогатива императоров, но король Херлуф Сильвервуд ни на секунду не усомнился в своем праве, а это значит, здесь власть короля вообще-то значит больше, чем в любом из королевств, в которых я побывал раньше. Это вообще-то хорошо, хорошо…

Громко топая, в зал вошел высокий поджарый мужчина в кирасе поверх бархатного кафтана, лицо жестокое, хмурое, нос перебит, шрам на левой брови, штаны из толстой кожи с мелкими вставками блестящей стали, а сапоги высокие, укрепленные металлическими полосками.

Шпоры его опущены зубчатыми колесиками вниз, идет ровно и с достоинством, металлические зубчики при каждом шаге касаются гранитных плит пола, слышится приятный звон, одновременно мелодичный и в то же время с мужественной ноткой шагающего рыцаря.

Я залюбовался, зрелище очень эффектное и вообще красивое, затем вползла другая непрошеная мысль: а как пойдет по коврам?

Он приблизился и раскрыл было рот для приветствия, но я заулыбался во всю ширь и сказал дружески:

– Граф Генрих Гатер фон Мерзенгард! Рад вас видеть.

На него начали поглядывать завистливо, граф сдержанно, но довольно улыбнулся.

– Спасибо, ваша светлость. При всех тех подвигах, что вы свершили, я счастлив, что вы меня запомнили.

– Я никогда не забываю тех, – заверил я, – кто пошел за мной.

Нас слушают почтительно, ни одно мое слово не останется без внимания, на меня устремлены десятки пар глаз.

Граф Гатер чуть поклонился.

– Осмелюсь напомнить, ваша светлость, что как ни приятно здесь в королевском дворце слушать похвалы… но вам стоило бы поскорее отправиться в земли Дасселя. Там не все хотят видеть вас преемником владений герцога!

Я посмотрел ему в глаза.

– Насколько это серьезно?

Он не отвел взгляд, лицо сурово-спокойное, но повел плечами.

– Очень. К тому же сам замок…

– Альтенбаумбург? – спросил я, щеголяя памятью.

– Точно, ваша светлость.

– Что с ним? – спросил я настороженно.

– Старый замок, – обронил он негромко, оглянулся по сторонам и добавил совсем тихо: – Очень. Там древняя чертовщина. Еще с тех, Прежних. Говорят, строили не люди. Или не совсем люди. Герцог давно бы мог сбросить короля с трона и стать королем, но ему очень не хотелось покидать замок… А столицу туда не перенесешь.

Придворные слушают, не шевелясь, но, судя по их лицам, для них это не новость.