Ричард Длинные Руки – герцог

Тоже мне, благородное сословие!

Багровое солнце утопает, скрываясь в пышности воздушно-пурпурных гор, небосвод на западе раскалился докрасна, вспыхнули и заискрились грозным оранжевым огнем облака.

На стальные доспехи пал грозный отблеск заката, лица воинов кажутся чугунными, а в глазах отражается красное пламя. Адский Пес выметнулся из-за скал, поглядел жутко внимательно и снова исчез.

Я беззвучно охнул, из-за поворота свернувшей дороги появился потрясающих размеров рубин величиной с трехэтажный дом, яркий и сверкающий.

Во все стороны, в том числе и к нам, ударил победный пурпурный свет, доспехи окрасились в радостно-победный цвет.

Граф покосился в мою сторону, улыбка тронула губы, когда увидел выражение моего лица.

– Ну как?

– Что это? – выдохнул я.

– Лед, – ответил он.

– Лед? – переспросил я ошарашенно. – На таком солнце?

– Лед, – повторил он. – Осколок тех времен, ваша светлость, о которых не могут вспомнить даже летописи. Если потрогаете эту штуку, пальцы застынут от холода.

Приложите ладонь – не сразу и отдерете. Ну, а кто рискнет постоять рядом долго, легко может замерзнуть до смерти…

Отряд проехал мимо, темно-багровое облако надвинулось на солнце, глыба льда тоже потемнела. Наверное, ночью просто темная, в темноте можно стукнуться лбом сослепу.

Кони поднялись на холм, пологий, но длинный, оттуда хорошо виден перекресток дорог, а в самом удобном месте высится двухэтажный дом с большим огороженным двором.

– Она? – спросил я.

Граф кивнул.

– Да, «Гостиница Шести Мечей».

– Там хорошо кормят, – напомнил я его слова, – а вино всегда превосходное. Проверим.

Он сдержанно и польщенно улыбнулся.

– У вас прекрасная память, ваша светлость!

– Такая необходима правителю, – пояснил я. – Чтобы при случае напомнить. Обещали, дескать, и… не исполнили.

Он учтиво поклонился.

– Надеюсь, себя упрекать не дам повода.

Заметив нас издали, к воротам выбежали двое подростков и торопливо распахнули навстречу створки.

На крыльцо вышел дородный хозяин, оглянулся через плечо, крикнул строго и повелительно.

Мы соскакивали на землю, парнишки приняли коней, привычная суматоха, затем все нестройным стадом отправились в харчевню.

Постояльцев немного, свободных мест столько, что благородным господам можно было выбрать по комнате, пусть и крохотной, а оруженосцам и слугам выделили большую комнату.