Ричард Длинные Руки – виконт

Жаль, не оценят, гады. Здесь чем морда шире и краснокирпичее, тем ее владелец больше тянет на академика. В местном эквиваленте уважения, понятно.

С ложа донесся мощный всхрап. У Смита усы и во сне драчливо торчат в стороны, настолько наглые, что как будто каждого встречного называют придурком…

Я поправил перевязь с мечом, провел пальцами по рукояти молота, все на месте, после путешествия по зачарованной гостинице, вовсе не сытного ужина, переходящего в завтрак, не так уж и тяжел, постучал носком сапога по ножке кровати.

– Сэр Смит, сэр Смит!.. Трубы ржут, кони поют, рыцари стучат копытами!.. Пора в бой.

Он вскочил, вслепую пошарил руками и прокричал:

– Коня!.. Уже иду, не закрывайте ворота!

Открыл один глаз, всмотрелся, на лице отразилось недоумение, я мало похож на коня, хотя вообще-то еще тот конь, огляделся, наконец все понял, всплеснул руками.

– Сэр Ричард, ну что вы в самом деле! Мне такое снилось, такое…

Выглядел он… утомленным, нет, свеж, как огурчик, но все же заметно, что в своем ярком и насыщенном сне погулял, погулял.

Даже развлекся, оттянулся, до сих пор с лица не сходит ошалелое выражение.

– Одевайтесь, – посоветовал я. – Здесь не сообразишь, который час. В окно чего только не померещится. Вдруг уже полдень?

Он торопливо хватал одежду, застегивал ремни, руки тряслись, и вообще выглядел так, будто выпил три чашки крепчайшего кофе.

– Сэр Ричард, – проговорил он, запинаясь, – неужели таков у неверных рай?..

– Что, – поинтересовался я, – гурии одолели?.

. Все нормально, сэр Смит, здесь чуть продвинутее технологии. В моих землях приходилось одной рукой…

Он переспросил:

– Одной? Почему?

– Вторая занята мышкой, – ответил я, он смотрел непонимающе, я отмахнулся: – Забудьте, сэр Смит. Ничего здесь противного церкви нет. Это так… третья сила. Церковь – одно, нечистая сила – другое, а технологии – третья. Мы с вами остаемся слугами святой церкви. Мне вообще-то не нравится само слово «слуги», но ведь охотно называем себя слугами и даже рабами чести, долга, слова?.

. Так и здесь мы слуги не попов, а великой идеи, для реализации которой и создана такая громоздкая и порой раздражающая структура, как церковь.

Солнце едва-едва высунуло краешек над дальним лесом, все еще черным, как горная цепь из угля, но во дворе уже суматоха. Слуги носят от колодца воду, из поленницы – березовые кругляши, вкусно пахнет из лачуги хлебопека, постукивают молоты в кузнице, как будто жизнь и не прерывалась на ночь.