Ричард Длинные Руки – Властелин Багровой Звезды Зла

Когда тащишь в постель двадцатую, третью-четвертую уже и не вспомнишь, а титулы растут, власть растет, а с ними возможность сеять доброе, мудрое, вечное, заодно с азартом и чувством справедливости выпалывая всякое, чего мы не одобряем-с.

– А мы многое не одобряем, – проговорил гулким голосом Тамплиер. – Эх, сюда бы отца Дитриха.

– Все потом, – ответил я. – Грязную работу сделаем сами!.. Старость уважать надо… Кстати, если не ошибаюсь, сейчас идем над королевством Висконтия. По непроверенным, но заслуживающим доверия данным ненашей разведки, хорошее тихое королевство.

Королю уже двести двадцать лет, что весьма дивно и поучительно в данном странном ракурсе.

У Митчелла вырвалось:

– Живут же люди!

– Хорошо живут, – согласился я. – Хоть и непонятно как. Юг богаче Севера, потому мода там тоже вычурная и затейливая, пусть вас не смущает. Вы не должны чувствовать себя… ниже. Напротив, вы чище и лучше. Помните сии слова вашего мудрого и все такое, продолжайте смотреть свысока сразу и потом, когда познакомитесь с ними ближе.

Да, мы варвары, но благородные и доблестные варвары, а вот они развращенные и слабые отпрыски некогда великих варварских предков, что давно-давно были примерно такими, как мы сейчас!

Глава 11

Слушают внимательно и с недоумением, еще не врубились, с чего вдруг такое несу, но молчат и запоминают, вижу по лицам.

Альбрехт спросил напряженным голосом:

– Вы точно знаете, что нас ждет?

– Я же бывал здесь, – ответил я.

 – Не совсем здесь, но здесь, на Юге. Вы видели мой маркизат, только что миновали… Хорошие отношения с местным населением, правда-правда. Так что к моим предостережениям отнеситесь серьезно, дорогой друг. А то и вас сломят… Мода частенько проходит там, где не проходят армии. И благополучно проносит на себе разрушительные идеи.

Маркус по моей высочайшей воле снизился и пошел чуть ли не на бреющем, ну где-то на высоте в километр. Сквозь ставший прозрачным пол, откуда мои герои поспешно бросились к стенам, далеко внизу показались приближающиеся к нам высокие и светлые дома, даже не дома, а дворцы, один дворцовее другого, а также храмы, как я определил по негодной для жилья архитектуре, а еще обширным площадям и великанским статуям.

Народа, правда, на улицах мало, да и те, испуганные быстро скользящей по земле черной тенью, ринулись под укрытия домов, как куры при виде парящего в небе коршуна.