Ричард Длинные Руки – властелин трех замков

Она ожгла меня ненавидящим взглядом, отступила, дверь захлопнулась с такой силой, что повозка едва не рассыпалась. Я помолчал, подыскивая доводы, чтобы отказаться снова, эта вельможная дочь не понравилась еще больше, даже очень не понравилась, если сказать мягко, а если точнее, то я к ней ощутил такую же неприязнь, как и она ко мне.

– Ладно, – ответил я холодно, – в конце концов, всего лишь два-три дня. Хотя раньше я что-то не замечал за собой излишней благотворительности.

Марквард вскинул взгляд, явно хотел напомнить, что сто золотых монет – это не совсем благотворительность, но вздохнул и смолчал.

Я поморщился при виде золотой отделки, глупая роскошь утяжеляет повозку, но не успел слова сказать, как с улицы во двор въехали трое всадников, все в легких, но добротных доспехах, шлемы открытые, кольчуги блещут новенькими кольцами. На шлеме одного трепещет синее перо, второй держит в поводу крепкого молодого мула.

Все трое остановились возле телеги с видом охранников. Я нахмурился, не узнать во всаднике с пером на шлеме моего вчерашнего знакомца Клотара трудно, у него великолепный кровоподтек на лбу, один глаз заплыл, я спросил резко:

– Это что? Эти тоже с нами?

Граф сказал быстро:

– Я же сказал, что дам троих надежных людей.

Теперь они подчиняются вам, сэр Ричард! Кстати, это вот самый быстроногий мул во всем королевстве!

Кадфаэль с великим вздохом облегчения соскользнул из-за моей спины, и не успел я возразить, как он взобрался на мула и ухватил поводья.

Я скривился, сказал зло:

– Другие сопровождающие без надобности!

– Через три дня они вернутся ко мне, – ответил граф.

Я стиснул челюсти, со спины мула донесся горестный вздох Кадфаэля. Зайчик переступил с ноги на ногу, изогнул шею, смотрит на меня с недоумением. Я потрепал его по холке, от сильнейшей злости не сразу нашел нужные слова, а когда нашел, решил, что и они слишком слабые, чтобы послать Маркварда достаточно далеко, просто повернул коня в сторону ворот.

– Нет. Считайте, что мы ни о чем не говорили.

Он побагровел, но я уже пустил коня к воротам, за спиной послышалось горестное:

– Хорошо-хорошо!.. Но одного человека вы взять обязаны. Должен же я отправить с дочерью хоть кого-то, кого она знает?

Я повернулся, ответил сквозь зубы:

– Но только одного.

– Договорились! – быстро сказал он. – Ганель, Земан – останьтесь!

Из троицы вперед выдвинулся Клотар, самый рослый, самый широкий в плечах.