Высокий глерд

 – Откуда им знать манеры? Перед каждым фотоснимком им говорят, как держать спину, плечи, повернуть голову… Но вообще-то от этих раритетов уже отошли. Виртуальные фотомодели куда круче… Ваше величество, отведайте эти пирожные! Вы таких и не пробовали. Даже я не пробовал.

Она взглянула с подозрением.

– А ты почему?

– Каждый день появляются десятки новых, – признался я. – Прогресс не стоит на месте. Это насчет освоения планет не спешат, а вот как набить брюхо или получить еще как-то удовольствие, методов все больше… но про новейшие умолчу.

Замигал сигнал вызова, я сказал с раздражением:

– Я же велел всех отключить!

На экране появилась Аня Межелайтис, брови высоко вскинуты, улыбочка ехидная, блин, ненавижу, пора сменить на Ниту Жо или Маньку Сисячку, они еще сексуальнее, а, главное, податливее, что для нас важнее даже размера бюста.

– Всех, – переспросила она с намеком, – и работников социальной службы?

Я молча ругнулся, посмотрел на соседний экран, чья камера смотрит в сторону ворот.

С той стороны забора подкатил шикарный автомобиль, дверца поднялась вверх, бодро выпрыгнул круглолицый мужчина в деловом костюме, несмотря на жару, и направился к калитке моего участка.

– Пропустить, – сказал я сквозь зубы. Сказать, что никого дома, не удастся, у них тоже отслеживается движение по всему коттеджному поселку. Как бы в интересах нашей безопасности, а то вдруг свалюсь с сердечным приступом или сломаю сразу обе ноги и буду ползать, загребая землю передними. – Но только во двор.

Дверь закроешь и заблокируешь.

Она почти пропела прежним ехидным тоном:

– Понимаю-понимаю.

Я вышел во двор, участок у меня крохотный, всего полгектара, мужчина вошел через распахнувшиеся перед ним ворота, на лице профессиональная улыбка, под мышкой папка с бумагами, это для авторитета, уже сто лет все хранят данные в облаках.

Он заулыбался еще шире, когда я пошел навстречу. Я тоже постарался выдавить улыбку, ненавижу социальщиков, жаждут сделать мою жизнь лучше, пусть даже это расплющит меня, как жабу танком, демократы хреновы.

– Хорошая погодка, не правда ли? – сказал он жизнерадостно. – Я – Серж Айвенго, старший консультант социальной службы.

– Прекрасная погода, – подтвердил я, сказать что-то иное было бы непростительной в демократичном обществе грубостью, – просто замечательная. Что у меня не так? Трава не подстрижена?

Он отмахнулся.

– Это пусть заботит моих коллег по другому отделу.

– Золотые слова, – сказал я.