Со смертью наперегонки

Пламя ожило, вспыхнуло ярче, затрещало, будто голодный зверь грызет сочные, крепкие кости. Вокруг из темноты проступают силуэты деревьев, похожие на многоруких гигантов.

Поединщик запустил пальцы под рубаху, вытащил амулет и принялся рассматривать в свете костра. Неприметный черный камень. Гладкий, прохладный на ощупь.

Несколько раз подкидыш его терял, проигрывал в карты, но всегда отыгрывал назад. В последнее время амулетом очень дорожил – это единственное, что осталось от матери. Ее подарок перед смертью.

Тем не менее ни о ней, ни о том, как она погибла, Страгу ничего не известно. Он не знал даже имени.

Сколько себя помнил, камень всегда был при нем. Он дорого бы отдал, чтобы побольше узнать о матери, какой была и что с ней сталось.

Сунув камень назад под рубаху, он поднял глаза на небо. В свете луны над лесом отчетливо виднеется громада великой Горы. Вершина теряется в темноте. Гора просто огромна – склоны простираются на сотни верст. Собственно, королевство Хеймдар, по которому гастролировал цирк Ковмака, уже стоит на склоне, у самого основания.

А до вершины вообще не меньше двух недель, если не дольше. И это – верхом.

Страг почесал в затылке. Как успеть к сроку, что поставил волшебник, он не представлял.

Достав из кармана металлические шарики, принялся жонглировать – это занятие доставляло ему удовольствие. К тому же, позволяло лучше сосредоточиться. В цирке он иногда помогал жонглерам во время выступлений. На его умение не жаловались.

***

Из леса донесся стук копыт, затем – крики о помощи. Последовал громкий смех. Поединщик нехотя убрал шарики в карман. Вмешиваться желания не было – какое ему дело до чужих разборок. К тому же, до рассвета оставалось недолго, хотелось поспать.

Но вот крики повторились, и Страг понял, что просто не сможет заснуть с такими «соседями».

Он пересек поляну, подошел к деревьям и глянул из-за ветвей.

На освещенной луной тропе трое воинов с факелами обступили рыжеволосую девушку.

Еще один стоит поодаль, держит под уздцы коней. Еще двое здоровяков удерживают за руки юнца с вьющимися кудрями. Все облачены в кожаные панцири, в лунном свете поблескивают крупные бляхи из металла. На поясе у каждого короткий меч.

Страг насчитал шестерых. Но коней – семь. Где-то еще один…

Раздался шорох. Он обернулся, готовый к нападению. Сзади – никого. Только одиноко потрескивают ветки в костре на поляне.

Юноша попытался вырваться.