Ворг. Успеть до полуночи

Он снова протянул мне короб и сказал довольно:

– Это колотые орехи и мак. Да бери уже. Думаешь, я каждому предлагаю батлок из своей коробки?

Делать нечего, пришлось согласиться. Я подковырнул тягучий шарик пасты и отправил в рот. На вкус батлок оказался сладковатым и немного пряным. Я старался жевать как можно медленнее, чтобы в случае неожиданностей успеть выплюнуть. На зубах захрустели орехи и маковые зерна. Голова моментально стала легкой и пустой, мысли о гвардейцах, Ильве и нежити показались незначительными.

Даже удивился – зачем вообще о них думал.

Рот наполнился вязкой слюной. Я стал быстро глотать, чтобы не потекло изо рта.

– Во-во, а теперь плюй сюда, – сказал гоблин и подал небольшую миску, где уже лежала одна пережеванная порция.

Я выполнил его требования и вытер губы рукавом. Не то, чтобы совсем противно, но я предпочитаю мясо и кости. Даже если обращаюсь птицей, то непременно хищной. Но ощущении от батлока интересные.

– Голова немного чумная, – сказал я, сплевывая в миску.

– Это потому, что ты ворг, – проговорил гоблин. – Сейчас пройдет. В ближайшие пять минут не перекидывайся.

– Почему это? – спросил я настороженно.

Гоблин поставил миску с остатками бетеля на полку с кувшинами и протянул мне кружку воды.

– Не получится.

– Что-о? – зарычал я.

– Да, говорят, на воргов странно действует, – ответил Курт. – Затормаживает что ли. Это не страшно, просто надо подождать чуток и воды попить.

Я схватил кружку и буквально опрокинул в глотку.

Голова перестала кружиться, мысли потекли ровные и четкие. Ну, слава богам и матери природе – нормализовалось.

– Зачем ты мне его подсунул? – спросил я глухо, чувствуя, как начинает дыбиться холка.

Курт не растерялся, видя мою перемену, положил пальцы на крашар и отшагнул.

– Да успокойся, ворг, не серчай, – проговорил он осторожно. – Я из добрых побуждений. Мало ли где столкнешься, чтоб знал, так сказать, ощущения.

– Предупреждать надо, – процедил я.

Шерсть на загривке все еще торчит, дыхание участилось.

Не нужна мне такая забота. Лишить ворга возможности перекидываться – все равно, что убить, превратить в слабого и беззащитного человека. Без оружия люди всего лишь ягнята на бойне, а ворг без превращения – совсем жалкое зрелище.

– Я не просил о такой услуге, – прорычал я, чувствуя, как удлиняются клыки.

– Спасать из таверны тоже не просил, – сказал гоблин и подсогнул колени, занимая удобную для атаки позицию.

Курт верно говорит.