Татуированная любовь

Он достал смятую потрепанную купюру и несколько листочков папиросной бумаги, а затем положил все это на ладонь своей сестры.

– Один доллар и три порванные бумажки? Ты что, издеваешься надо мной?

– У меня вообще ничего нет. Завтра, ладно? – упрашивает он ее, потирая шею.

Таня по очереди глядит на нас.

– Давайте только без глупостей, ребята. Я не хочу бегать искать вас по моргам или, того хуже, по полицейским участкам, – предупреждает она, прежде чем развернуться и уйти.

Мы с Бенито понимающе переглядываемся.

– У копов, значит, хуже, чем в морге? Тебе нужно бы пересмотреть свои приоритеты, толстушка! – кричит он ей вслед.

Вместо ответа ему в лицо прилетела грязная тряпка.

– Ну что, погнали? – спрашивает он меня.

Я помотал головой. Сегодня вечером без меня.

– Да блин, что с тобой такое? Ты слишком спокойный, серьезный, я тебя не узнаю! – докапывается до меня Бенито.

Я показываю ему средний палец, и снова воцаряется тишина. Скрипнула дверь, и мы, как по команде, повернули головы.

Почти все посетители этого питейного заведения вышли, оставив нас практически один на один с Таней. Она ходила между столами, повиливая своей маленькой попкой, и поднимала на них стулья.

– Ладно, тогда я пошел. Если ты не свалишь сейчас, она заставит тебя ей помогать, – шепчет мне на ухо мой приятель.

В следующую секунду он мне подмигнул и исчез. Дверь скрипнула еще два раза и бар полностью опустел. Таня начала прибираться. Я встал, и стул подо мной предательски скрипнул. Чертов стул.

Нет, это львица во всем виновата, все из-за нее.

– Тиг! – зовет меня с улицы Бенито.

– Давай иди, красавчик, – говорит мне Таня. – Ты знаешь, где находится моя комната, если что.

Я гляжу на нее, но не могу даже выдавить и тени улыбки. Все еще на взводе, как, впрочем, и всегда, но Таня очень мило мне улыбнулась и даже подмигнула. Сообщение получено, но, спасибо, не надо.

Когда я выхожу из бара, дверь скрипит громче обычного. Бенито снаружи курит сигарету.

– Не хочешь раздолбить парочку тачек?

Почему бы и нет? Несколько ударов битой и тюрьма – что может быть лучше.

Я соглашаюсь, и мы отправляемся в путь.

Пока мы шли снимать стресс, Бенито позвонили. Я зажимаю между зубов еще одну сигарету и пытаюсь поджечь ее, но никак не получается.

Пока мучился с ней, он мне выдал, что какая-то обалденная девчонка хочет его прямо сейчас и он пошел.

Сукин сын.

Моя сигарета потухла. Нервы, напротив, полыхают огнем, а сам я напряжен как никогда.