Ричард Длинные Руки – рейхсфюрст

Твой брат, а мой друг, погиб красиво, в бою!.. Пусть и нас постигнет та же участь, а то я видел, как умирают от старости… бр-р-р!

Чандлер прорычал низким голосом:

– Ты прав, наш брат.

Тролли потрясали окованными железом огромными дубинами, воинственно орали. Рыцари смотрели в их сторону с отвращением и застывшими лицами, простые воины вздыхали, пожимали плечами, переглядывались.

У всех выражение безнадеги, но против господской воли не попрешь, к тому же вовремя прокатился слух, что тролли пойдут впереди и примут основной удар на себя, а у простолюдинов отношение к жизни несколько иное, чем у рыцарей: лучше все-таки умереть от старости в постели дома, чем красиво в кровавом и жестоком бою.

Штаренберг спросил меня шепотом:

– Он кто?

– Великий шаман, – пояснил я уважительно. – Он не просто решил сопровождать воинов в опасный и непредсказуемый поход, но и сам стал его вожаком!

– Да, – проговорил Штаренберг, – значит, и для них воинская слава важнее всего на свете?

Я изумился:

– А как же? Это разве что умным она не нужна, но кто с ними считается?

Чандлер повернулся к своим воинам, что-то проревел, но понял разве что один Растер, а тролли вперили взгляды в Растера и трижды ударили в землю дубинами.

– Ага, – сказал я, – это они подтверждают, что признают сэра Растера не только вождем похода, но и… гм…

– Кем-кем? – спросил Штаренберг. – А то не расслышал.

– Я и не говорил, – огрызнулся я. – О некоторых вещах нужно просто догадываться, так они проскальзывают незаметнее.

А если назвать вслух, то надо как бы принять меры, пресечь, воспрепятствовать…

– А-а-а, – сказал Штаренберг понимающе, – они его признали троллем?

– Ш-ш-ш, – прошипел я. – Тролль Растер, насилующий гарпий… это уже перебор.

Он вскинул брови:

– Почему?

– Перебор, – объяснил я. – Если у вас нет чувства прекрасного, то обзаведитесь бритвой Оккама и отрезайте себе все лишнее, чтобы танцевать не мешало.

Либо тролль, либо насилователь гарпий. А то и другое, это уже нарушает целостность образа, а мы ж эстеты, мать вашу!

Он подумал, пожал плечами.

– Вам виднее. Я понимаю, когда вижу. А вы можете заранее, это здорово!

– Да, – согласился я, – это талант, можно сказать. Чувство меры. Правда, во всем остальном у меня его нет, но как эстета… меня и сравнить не с кем. Так что теперь у вас усиленное контингентом троллей войско, дорогой друг!..