Крыса и Праведник

– Доброе утро, Елена Викторовна – вполоборота кивнул ей Герехт.

Здравствуйте, Евгений Николаевич – послушалось с другой стороны – заместитель начальника Сергей Анатольевич Жмых растянулся в натянуто-вежливой улыбке.

– Здравствуйте, Сергей Анатольевич – так же надменно вежливо поздоровался Герехт.

Добравшись до своего рабочего места Герехт неторопливо сел в свое рабочее кресло и неторопливо принялся раскладывать письменные принадлежности. Процесс прервал голос.

– Привет, Жень – в кабинет зашел толстый мужчина лет 40 с кудрявыми каштановыми волосами.

–Привет, Леша – Герехт улыбнулся одной стороной лица..

– Слушай через час летучка, а я не знаю, что главному сказать. Проект М15 не идет. Плашки 5/24 не подходят. Говорят, не будет охлаждения. Что делать не знаю. Может взглянешь, посоветуешь что? – толстяк сделал жалостливо-просительное лицо.

–Конечно, Леша – Герехт опять улыбнулся лишь одной половиной – показывай.

Герехт склонился над чертежами, почесывая подбородок.

– Плашки менять нет смысла.

Попробуй заменить хладагент – изрек он немного подумав, – проект верен, но разгон слишком велик. Будет перегрев.

– Ты думаешь это поможет? – толстяк жалостливо заглянул Герехту в глаза.

– Не знаю, но попробовать стоит –Герехт скривил губы – я бы так и сделал, шеф точно это понимает.

– Спасибо, Женя – толстяк расплылся в улыбке – я не забуду, с меня должок.

После ухода толстяка Герехт продолжил свое занятие. Открыв верхний ящик он достал кучу заточенных простых карандашей.

Один из карандашей был сломан, зернышко лежало на дне ящика. Положив карандаши на стол, он как то суетливо начал открывать ящики, в третьем из которых обнаружил перочинный нож. Аккуратно склонившись над мусорным ведром, он начал затачивать карандаш. Только когда карандаш достиг идеальной остроты, Герехт выдохнув положил его к остальным.

В этот момент Герехт почувствовал какой то необычайный прилив сил. В голове возникла какая то очень давно знакомая мелодия. Напевая себе под нос, он достал из сейфа чертежи проекта и углубился в работу.

Обед пришел незаметно. В столовой было привычно тихо. Герехт специально выбирал время после двух часов, когда уже все пообедали. Из кухни столовой он брал только хлеб и кипяток. Аккуратно отваренные дома сосиски с гречкой в пищевом контейнере были аккуратно завернуты в два полотенца. Привычка приносить еду из дома у коллег вызывала недопонимание, а в худшем случае смех, но Герехт не обращал на это внимания.