Другой

Ментальная активность постепенно восстанавливалась и я начал соображать быстрее и более трезво. Но вот с физической активностью были проблемы. Я ощущаю себя так будто по мне проехал огромный грузовик, причём до отказа гружённый свинцом. Всё тело ныло и пульсировало, голова белела так, словно её поместили в мощные тиски и начали их безостановочно сжимать. А ещё сверху кто-то монотонно бил по этой зажатой голове кувалдой, каждые две секунды. Я сделал вывод, что у меня прошёл шок и поэтому, я начинаю ощущать боль всё сильнее.

Из-за сильной головной боли я не мог держать глаза открытыми и лишь изредка приоткрывал их. Я никак не мог сообразить, что со мной случилось и как бы то ни было проанализировать ситуацию. Я понимал, что попал в аварию и что скорее всего, серьёзно ранен. Но не более того. А ещё я был благодарен иностранным спортсменам, что нашли и спасли меня. Мы ехали уже наверное минуть тридцать или сорок. И на сколько я мог судить, когда фиксировал окружающее нас пространство, периодически открывая глаза, ехали мы в пригороде. Дорога была идеально ровной, и было искусственное освещение, хотя я не видел ни одного фонаря. Это было что-то вроде пустыни, но без песка. Растительность отсутствовала полностью. Температура воздуха была комфортной не холодно и не жарко.

Когда я в очередной раз лишь немного приоткрыл правый глаз, то заметил, что мы наконец-то добрались до цивилизации. Состояние моё явно ухудшалось. Общая повсеместная боль сменилась более локальной и острой. Я явно ощущал, что у меня сломано несколько ребер и возможно левая нога.

Так же мне не давала покоя моя печень или селезёнка, я не очень разбираюсь во внутренних органах человека. Но сейчас я отчётливо ощущаю, как один из них невыносимо болит, требуя чтобы ему помогли, как можно скорее. Но больше всего меня беспокоит голова. Мы зачем-то остановились, один из парней укрыл меня одеялом, причём почти с головой, сделав складками подобие капюшона с узкой щелкой для дыхания. Я пытался возразить, но пошевелиться был не в состоянии. Видимо они решили, что я замерз. Скоро мне стало жарко и я начал активно думать, чтобы они меня раскрыли. Я наивно полагал, что эти одинаковые громилы снова прочтут мои мысли. Мы уже минут пятнадцать, как ехали по городу, я слышал движение и жизнь вокруг себя и копил силы для очередной сессии обзора. Когда я открыл глаза, то увидел, как один из братьев куда-то идёт, но мы ведь даже не останавливались. Когда и как он успел выйти? И шёл он совершенно отрешённо.