Записки влюбленного солдата

Вы можете предаваться любым занятиям и достичь в жизни любых высот, но если вас воспитала умная и добросердечная женщина, то воспоминания о ней никогда не изгладятся из вашей памяти, и в трудную минуту они обязательно озарят ярким светом ваш жизненный путь.

На поиски достойного супруга было потрачено немало времени, но в итоге не нашлось ни изобретателя, ни художника, которые были бы способны представить веские доказательства своего будущего успеха, и их место занял мой отец. Однако неумолимой судьбе не было угодно, чтобы этот брак, первые годы которого оказались по-настоящему счастливыми, продолжался достаточно долго.

Мой отец вышел в отставку и обосновался в Куртижи?, и, пока дед продолжал руководить своим бумагоделательным производством, отец со всем старанием пытался овладеть практическими навыками, которые в прежней жизни ему приобрести не удалось. В этих целях он посещал окрестные фермы и промышленные предприятия, участвовал в разного рода съездах и конференциях, бывал в школах и вообще старался быть полезным как самому себе, так и окружающим.

Благодаря своей неутомимой деятельности он приобрел значительный вес в местном обществе и ему уже прочили блестящую политическую карьеру. Но этим планам не суждено было осуществиться. Отец, получивший военное образование и склонный к активному образу жизни, сохранил любовь и привычку к большим телесным нагрузкам. Он много ездил верхом, и все свободное время проводил на охоте. И вот однажды вечером отца привезли домой без признаков жизни. Он был убит во время охоты, сраженный пулей одного из участников облавы.

Мне в ту пору было четыре года, и из всех воспоминаний детства в моей памяти осталось лишь это ужасное событие. Оно преследует меня всю жизнь и стоит перед глазами, словно траурная вуаль на лице вдовы, не позволяющая женщине забыть, что от окружающего мира ее навсегда отделила смерть.

В тот день слуга дважды объявлял, что ужин подан, но мы не садились за стол, потому что ждали отца.

Внезапно этот же слуга попросил деда куда-то пройти с ним. Вскоре дед возвратился и выглядел он настолько потерянным, что мать сразу догадалась о постигшем ее несчастье. Она закричала, а дед, словно отвечая ей, запинаясь, сказал: «Да, он ранен… и весьма серьезно…»

– Он убит! – воскликнула мать.

Моя мать очень оберегала меня в детстве и никогда не говорила со мной об этой смерти. Но жившая у нас гувернантка-немка не отличалась такой же сдержанностью.