Записки влюбленного солдата

Любовное чувство наполняло меня все больше и больше и с каждым днем становилось все сильнее. Теперь я жил только для нее и каждый вечер тратил лишь на то, чтобы обожать ее и любоваться ею. Я был самым верным ее воздыхателем, самым покорным и одновременно самым пылким. Но интересовал ли я ее? Что я мог ей предложить? Что я мог сделать, чтобы соблазнить ее и завладеть ею?

Между тем наступил июль 1870 года, и неожиданно газеты заговорили о том, что между Францией и Пруссией возникли трения. Поначалу я не обращал внимания на газетную шумиху, зато Сюзанна совсем по-иному отнеслась к этим событиям.

– Теперь мы добьемся реванша за Ватерлоо, – сказала она, – так же, как Сольферино[25 - Битва при Сольферино – крупнейшее сражение австро-итало-французской войны, состоявшееся в июне 1859 года, в котором войска Франции, Пьемонта и Сардинии победили австрийскую армию.] и Севастополь стали реваншем за 1814 год. Каждая европейская страна по очереди свое получит. Наш император будет достойным продолжателем дела своего дяди.

– Я всегда полагал, что империя принесла нам мир.

– В политике надо уметь не только говорить, но и что-то делать. Император умеет и то, и другое.

Сюзанна с огромным восхищением относилась к императору, который, как она считала, сделал все возможное, чтобы Франция сияла в ореоле величия своей военной мощи и мирного процветания. Я был не в восторге от таких формулировок, но именно к ним она прибегала, когда сталкивалась с утверждениями противоположного толка. Я старался поменьше говорить с ней о политике, но она упорно провоцировала меня на такие разговоры, а я всегда малодушно шел у нее на поводу.

Что сказал бы господин Шофур, если бы услышал лепет своего ученика? Но милейший папаша Шофур знал о любви лишь то, что говорили о ней классики, и для него символом любви была туника Несса[26 - Несс – персонаж греческой мифологии, кентавр, которому Геракл не позволил изнасиловать свою жену. Геракл убил Несса отравленной стрелой, но тот перед смертью решил отомстить и вручил жене Геракла свою пропитанную отравленной кровью тунику, уверив ее, что это лучшее приворотное средство. Жена накинула тунику на Геракла, и тот умер в страшных муках.], надев которую человек уже не мог делать ничего, кроме глупостей.

Между тем события развивались стремительно, а тут еще некоторые газеты начали подталкивать французское правительство к решительным действиям. Однажды вечером Сюзанна прочитала в одной такой газете: «Франция полностью готова к войне.