Белое перо

Я говорил, что мне было бы не по себе, – туманно ответил Элигос и улыбнулся, когда к калитке подошла полноватая монахиня в традиционных одеждах клариссинок[10 - Клариссинки – женский монашеский орден Римско-католической церкви, тесно связанный духовно и организационно с орденом францисканцев. Орден был основан святой Кларой Ассизской в качестве Второго (женского) ордена францисканцев в 1212 году.] и, нахмурившись, вопросительно посмотрела на Элигоса. – Добрый день. Почему калитка в вашу обитель закрыта? Разве не рады вы двум заблудшим душам?

– Это закрытый приют, – скупо ответила монахиня и прищурилась, когда из-за спины Элигоса вышла Виктория.

– Не подходи, – шепнул Элигос, ехидно улыбаясь. – Кто знает, что у неё на уме.

– Меня зовут Виктория, сестра Доминика. Когда-то я жила здесь, – ответила Вики, улыбнувшись демону, закатившему демонстративно глаза.

– Виктория? – переспросила монахиня, и её полное лицо осветила улыбка. – Да, да. Я помню тебя. Не ты ли в детстве опрокинула тарелку супа на сестру Катерину? Да, это ты.

– Удивительная память и удивительно бесполезный разговор, – фыркнул демон, оттесняя в сторону Викторию. – Прошу простить, сестра. Но мы по делу к настоятельнице. Нас интересуют некие бумаги.

– Вы говорите с ней, – кивнула монахиня. – Вы опекун Виктории?

– На время её путешествия в вашу обитель, – поморщился Элигос, тактично увиливая от ответа.

– Элай, – перебила демона Виктория. Тот усмехнулся в ответ, но свое новое имя комментировать не стал. – Матушка, мы можем поговорить внутри? Пожалуйста. Мне нужна ваша помощь.

– Монастырь закрыт от мужчин, – поджав губы, ответила монахиня. – Но если это ваш опекун, то так тому и быть. Прошу в мой кабинет.

– Спасибо, сестра.

– Перестань, – шикнула Виктория. Демон, воздев глаза к небесам, усмехнулся и замолчал.

В кабинете матери Доминики царил приятный сумрак, разбавленный светом редких свечей, и пахло книжной пылью. Убранство кабинета было довольно аскетичным, что заставило Элигоса удивиться. Лишним вещам здесь не было места.