Путь Белой маски

Первым из кустов Эрик вытащил Лёфора и, не церемонясь, швырнул его в повозку, закидав сверху грязным тряпьем и пустыми мешками. Затем пришел черед Эйдена, но с ним Эрик вел себя поласковее.

– Орать будете? – спросил он и усмехнулся, увидев синхронное мотание двух голов. Затем вытащил изо рта кляпы и бросил их рядом с мальчишками. – Пискните хоть раз и дальше поедете в мешках.

– Ты очень добр, Эрик, – ехидно ответил Лёфор. Впрочем, он был рад, что избавился от кляпа, как и Эйден.

– Как звать тебя, малец? – спросил Эрик, повернувшись к Эйдену.

В руках он держал бумагу с жирной печатью и самописное перо.

– Эйден Мордред.

– Откликаться будешь на Эйдена Годолфи, понял? – буркнул он, записывая что-то на бумагу.

– Да, – тихо ответил Эйден.

– Сначала доберемся до Древа ночной жизни, там дождемся мадам и двинем дальше, – кивнул Эрик и снова паскудно улыбнулся, кивнув в сторону двух псов, запрыгнувших в повозку. – Знаешь, что это за порода?

– Алийские волчарники, – ответил за Эйдена Лёфор.

– Верно, парнишка. Крона и Лира их звать. Щелчка пальцев хватит, чтобы они разорвали вам глотки и всласть напились крови. Смекаете?

– Да, – кивнули мальчишки.

– Охранять! – бросил псам Эрик, и Эйден попятился, когда черная сука с внушительными клыками уселась напротив него. Стоило немного пошевелиться, как собака начинала рычать, поэтому Эйден забился в угол телеги, поближе к Лёфору, который тоже не был против такого соседства.

– Злые, что родители Ганики, мельниковой дочки, – фыркнул он, с трудом устраиваясь поудобнее.

 – Эрик, может развяжешь?

– Мечтай в одну руку, сри в другую. Там увидишь, какая быстрее наполнится, – сплюнул на землю Эрик. Затем, чуть подумав, снисходительно добавил. – Будете вести себя тихо, развяжу. А надумаете бежать… Лира, заяц!

Черная сука, сорвалась с места и исчезла в кустах, откуда послышался писк, а потом хруст разрываемого мяса. Произошедшее заняло один удар сердца и побледневший Эйден увидел, как собака вылезает из кустов с окровавленной мордой, неся в пасти растерзанного зайца.

Эрик довольно хмыкнул, похлопал широкой ладонью по борту телеги и, когда собака запрыгнула, забрался на место возницы. Затем легонько стеганул ослика и телега, скрипнув, двинулась.

– Таким палец в рот не клади, дружище Эйден, – тихо заметил Лёфор, задумчиво рассматривая сидящую напротив него Лиру, из пасти которой ему на ногу капала заячья кровь.