Быть в строю

– Во-вторых, по нашим данным, американцы до настоящего времени не подписали экспортное соглашение на поставку оборудования для производства наиболее дефицитного каучука и это обстоятельство не позволяет нам вести проектирование, я просил бы «Внешторг» ускорить решение вопросов.

Петрову дали слово к концу совещания.

– Будьте кратки, – предупредил заведующий отделом ЦК.

Петров в нескольких словах охарактеризовал состояние дел на строительстве Нижнереченского комбината, добавив, что только вернулся оттуда.

– Министерство наметило оказать помощь транспортом и механизмами.

На стройку направляется группа инженеров из наших институтов для подготовки проектов организации строительства. Через несколько дней туда выедет начальник главка, подбираем кандидатуру руководителя.

– Как бы попросить вас ускорить решение этого вопроса – вмешался заведующий отделом – кстати, у вас есть конкретные предложения? Кого намечаете?

Петров задумался: – Сказать или еще повременить? – и, решив, что убедит Орлова, ответил:

– Орлова, управляющего трестом из Сибири.

– Если нужна наша помощь, обращайтесь – предупредил заведующий отделом.

Когда Петров вернулся к себе в Министерство, было уже за шесть часов вечера, предстоял сложный разговор.

– Достаточно ли у меня сил и обаяния для того, чтобы убедить его? – думал он, поднимаясь на лифте, – события разворачиваются, к сожалению, так, что времени почти не остается.

По своему опыту он твердо знал, что выбор руководителя способного решать вопросы – это главная гарантия успеха всего дела.

И, уже сам, определившись, хотел доверить это новое большое дело только известному ему, проверенному человеку.

Встретились они прямо в приемной. Перед ним стоял все тот же Орлов, свежий, подтянутый. Высокий большой лоб, увенчанный аккуратно зачесанными, слега вьющимися русыми волосами. Острый взгляд карих глаз, мохнато нависающие брови, прямой нос, сжатая линия губ, твердый, короткий подборок. Эти черты придавали Орлову вид волевого и целеустремленного человека.

В темно-синем в полоску костюме и красиво завязанным узлом бордового в крапинку галстука, он в свои тридцать пять лет, казался совсем еще молодым, и только сумрачный взгляд выдавал серьезность забот, лежавших на его плечах.

Крепко обнявшись прямо на глазах у изумленных посетителей, Петр Егорович отстранил Евгения, пристально посмотрел на него и сказал:

– А ты все такой же. Здравствуй!

И еще сильнее стиснув его, потащил за собой в кабинет.