Крики прошлого. Часть II

Только кровь, куски плоти, ошметки формы и груда металла, что напоминали смятую консервную банку, съеденную им вчера. Та же участь, что и водителя, настигла и солдата, сидящего за ним. Михаил даже не успел запомнить его лица. Воин, что сидел на заднем сиденье за Михаилом, так же был мертв – у него была сломана шея.

Страх и паника начали овладевать разумом, не давая освободиться от проклятого ремня и выбраться из поврежденной машины. Пальцы рук просто отказывались подчиняться, а к горлу уже подошел тошнотворный ком от запаха крови и смерти.

Вместе с потом по лицу стекала кровь с разбитого лба. И вот победа над дуратским ремнем была уже близка, как рядом с Михаилом разорвался еще один вражеский снаряд, от взрыва которого парень потерял сознание. Он уже не мог видеть ожесточенного боя, в ходе которого, как по учебнику, из того же места запустили еще одну ракету в замыкающий БТР. Вся колонна оказалась замкнута. Двигаться нельзя было ни вперед, ни назад.

Западня, конечно, удивила воинов Советов, но не застала врасплох.

Этих парней не застал бы врасплох сам дьявол, если бы он вышел с ними на бой. Да и не испугал бы тоже. Через секунду, как был подорван танк, водители боевых машин перегруппировались и развернули броневики боком, солдаты выпрыгнули и стали использовать машины в качестве щита. В БТР’ах остались только пулеметчики, которые вели прицельный залповый огонь по точкам неприятеля. Один из пулеметчиков продолжал вести огонь даже тогда, когда снаряд попал в его боевую машину, и он начал гореть заживо. Вдруг, на расстоянии около 250-300 метров по диаметру, из всех щелей, словно тараканы, стали выползать «душманы», окружая бойцов в кольцо. После четвертого выстрела вражеского гранатометчика одному из советских солдат удалось ответным выстрелом гранатомета уничтожить врага. После дюжины смертей своих боевики сбавили темп и принялись прятаться за укрытия.

Бой принял менее динамичный характер, и в это время Петр и Андрей предприняли попытку броситься на помощь своему старшему брату, на что получили приказ в резкой форме не высовываться.

Михаил все так же сидел в кресле военного внедорожника без сознания или вообще был убит – никто не знал. Минут через двадцать после начала западни подлетели две наши вертушки и разгромили врага в щепки. Только после того ада на земле, что устроила наша авиация для врагов, братьям было позволено отправиться к истекающему кровью Михаилу.