Надежда

– Всем постам! Отправляйтесь в «Красоту будущего». Незаконное проникновение, – прокричала рация на поясе у молодого полицейского.

– Дэвид, убавь звук. Такое уже бывало. Ничего страшного. Раньше справлялись без нас, справятся и сегодня, – спокойно сказал Билл своему напарнику, и тот выключил рацию.

– Вы все должны благодарить Новую расу за то, что они позволили вам жить, – сказал Дэвид, окинув взглядом посетителей. И то ли несколько литров пива, то ли чувство собственного достоинства придали смелости Крису, но он, грозно сведя брови, сказал:

– Вы сделали нас рабами.

– Война меняет многое, сами понимаете. Конечно, это жестоко, это ужасно, но, честно говоря, нам это нравится. Помимо этого, всем известно, что вы не хотели работать до войны. Не хотите работать и сейчас. Никто не виноват в том, что у вас не было денег на укол «Новой жизни», – проговорил Билл с какой-то умиротворённостью. Шон потерял сознание и громко ударился головой об стол, от чего напарники засмеялись. Дэвид наконец вытащил окровавленный нож и положил его рядом с головой лежащего.

В это время его напарник наводил на каждого из присутствующих пистолет и щёлкал языком, изображая выстрел.

– Эта инъекция не даёт вам право так обращаться с нами! Почему мы не имеем своего слова в телепередаче «За и против»? – спросил дрожащим голосом Крис.

– Эй, где эта старая жаба? Какой-то тут ненавязчивый сервис. Ты несёшь нам выпить или нет? – громко спросил Билл, пригладив двумя пальцами свои усы.

– Да что с них взять, отбросы.

А тебе я скажу, – обратился полицейский к Крису, снимая свою тёмно-зелёную фуражку и кладя её на стол, – что люди, себя уважающие, никогда не позволят, чтобы с ними так обращались. Я повторю слова своего коллеги: вы сами виноваты. Вы даже не можете постоять за себя и, готов поспорить, никогда не придёте друг к другу на помощь, потому что кишка тонка, – сказал Дэвид и с презрением окинул взглядом всех несовершенных. – Неси нам выпить, сукин ты сын, – крикнул он в сторону барной стойки, снял свою фуражку, бережно положив её на стол. Заметив пятна от пальцев на козырьке, полицейский схватил салфетку и начал судорожно протирать кусок глянцевого пластика. Затем, аккуратно держа головной убор ладонями по бокам, надел обратно.

Крис, сидящий за баром, оглянулся и увидел Ричарда, который стоял за стойкой на коленях и дрожащими руками засовывал патроны в барабан револьвера. От испуга Крис протрезвел и начал покрываться потом, но старался не подавать виду.