Чернокнижник

Саня на своей руководящей должности два инфаркта перенес едва ли не на ногах, а вот после инсульта был вынужден и вовсе досрочно уйти на пенсию. Сейчас вроде бы, оклемался, но из квартиры пока ни ногой, супруга Антонина серьезно бдит за его здоровьем и все полагающиеся пилюли заставляет принимать безоговорочно. Таким образом, в обозримом будущем визита кого-либо из родственников ожидать не приходится, и это обстоятельство для меня весьма положительное.

Тем временем солнечный луч переместился мне на грудь. Пора вставать.

Закрыл глаза, чтобы оценить доставшееся тело. М-да, протестировал, как результат сплошная немощь и привычная для Смирнова, но совершенно неприемлемая для Илема Этанарского ноющая боль в самых разных местах изрядно потрепанного организма. Хотел сегодня повторить поездку за иван-чаем, похоже не судьба. Не проходят незаметно стрессы, подобные вчерашнему для пожилого человека.

Марк Твен когда-то написал: «Если вам за 40, вы проснулись утром и у вас ничего не болит – вы труп». Так вот, у Афанасьевича где-то до семидесяти по утрам ничего особо не болело, тогда он был вполне себе живчиком.

Теперь в его (теперь и мои) восемьдесят пять дают о себе знать артриты, нефриты, непонятные боли в мышцах и еще многое другое. Врачи говорят – старость и никуда от этого не деться Да я и сам это прекрасно понимаю и принимаю. Точнее понимал и принимал дед Трофим абориген планеты Земля. Илем Этанарский с подобным положением дел абсолютно не согласен.

Мне бы незначительную толику магической энергии и эта дряхлая телесная оболочка станет вполне приемлемым сосудом для моего разума.

Где взять? А хрен его знает. Вчера все окрестности по пути к дому прозондировал, ни единого проявления магической эманации не зафиксировал.

Кряхтя и ворча по-стариковски, свесил ноги с кровати. Посмотрел на настенные часы, половина седьмого. Первым делом взял с прикроватной тумбочки кружку с помещенными в воду съемными зубными протезами, протер тряпицей и установил на полагающееся им место. Все, вооружен и крайне опасен.

Хе-хе-эхх. Сунул ноги в тапки, оторвал зад от мягкого матраса.

Через полчаса-час организм придет в относительную норму, во всяком случае перманентная боль отойдет на задний план и станет почти незаметной.

Чубайс на мои покряхтывания и жалобы ухом не повел. Нет, ухом он, как раз-таки повел, даже обоими и хвостиком пошевелил, но головы не поднял. Как только доберусь до кухни, непременно прискачет и начнет тереться об ногу, выпрашивая что-нибудь вкусное.