Рай начинается вчера

 – А если ты и впрямь фартовый, и не сядешь на кичу годков этак через пять, то тебя свои непременно спросят, рассказать как так… А там и на ножи поставить могут. Замкнутый круг, одним словом! А здесь деньги, Михай! Очень большие деньги!

– И это государственные деньги, Боря, – закурил я. – И за них государство нам в момент головы посрывает, как огурцы с грядки.

– Не посрывает, если все продумаем как надо! – не унимался он. – Брать сберкассу надо где-нибудь на периферии. Где крупные колхозы или комплексы имеются.

Там годами одно и то же! Расслабуха! Там что магазины, что почты гвоздем открыть можно. Взять можно как цок-нахапок!

– Сказать, Боря, проще, чем сделать, – возразил я. – Там все друг друга знают. Засветиться – раз плюнуть. Да и когда деньги завозят, надо знать… Так что успокойся.

– Узнаем, Михай, узнаем! Лиха беда – начало! У нас в стране везде одинаково работягам бабло выдают. День-два, туда-обратно – высчитаем. Ты прикинь, если возьмем… На сколько лет нам тогда этих их получек хватит?!! Главное – не светиться сразу.

А там домик на юге купить и тихо поживать-доживать.

– Я же тебе говорю, Боря, – зевнув, посмотрел я на него, – с твоим домиком на «вышак» в момент можно раскрутиться.

– Не понтуйся, брат! – похлопал он меня по плечу. – Кто не рискует, тот не пьет армянский коньяк!

– Как бы не захлебнуться в этом твоем коньяке, – поднялся я. – Пойду проветрюсь, а ты допивай свой коньяк, бери свою сберкассу и ложись-ка лучше спать.

– «Ничего, прорвемся!», как сказал один танкист, забыв снять с шалавы колготки! – тихо засмеялся он.

Не ответив ему, я вышел из купе.

Так, под стук колес, появилась мысль о краже сберкассы. Вначале она казалась чем-то нереальным, но постепенно обволакиваясь действиями, словно коконом, становилась все более и более материальной.

Наш выбор пал на один близлежащий к городу крупный совхоз. Да, сказать действительно было легче, чем сделать.

Дело было серьезное и забирало много времени и сил. Боря, а потом и я побывали там, осматриваясь на местности.

«Настоящие художники, – шутил он, – недаром на местность выезжают… На пленэр! А мы чем хуже? Мы ведь тоже в некотором роде художники!»

Вопросов возникало много, и мы, как два полководца, споря и доказывая друг другу, постепенно решали их. Самым слабым местом в нашем плане была сигнализация, и с этим нельзя было не считаться.