Орлиный клич

Но Темник не о тех думает, кто оказался на ладошке перед налетевшим с воздуха врагом, для кого лишь одна защита – болотная податливость земли, которая как бы засасывает бомбы, ослабляя тем самым их убойность; он снова обдумывает разговор с радистом и выжидает подходящий момент для того разговора. Намерения у Темника одни – драматизируя ситуацию до предела, напугать молодого парня как можно сильнее и в конце концов дожать.

На очередной заход пошли самолеты. Сейчас вновь сыпанут. Темнику как раз этого и надо. Поспешил к радисту и разговор начинает с места в карьер:

– Ты молод, еще не представляешь себе, что такое людская ненависть, и я бы не хотел, чтобы ты познал ее.

Но, похоже, тебе этого хочется. Не возражай! Верно – принимать решение тебе, только послушай прежде. Слышишь – бомбы рвутся. Это люди гибнут! А если они погибнут все? Да, мы встанем здесь второй стеной! Но сколько нас? Да, Акимыч уведет по болотной топи тех, кого мы освободили и защитим ценой своей жизни, а дальше что? Они вновь окажутся у фашистов в лапах! Ты не знаешь, что такое плен, – я знаю! Не приведи господи!

Молчит радист.

Не перечит. В этом уже надежда. Темник еще жмет:

– Мы не знаем даже, где секретарь. Вдруг у фашистов. И выдал все.

– Не может быть! Он такой сильный!

– Может. Все может. Он здесь сильный. А там? Там, молодой человек, пытают. Пытают!

Самолеты, заходя на новый круг, вновь пролетели над базой с прерывисто-жутким гулом. Сейчас сыпанут! Нет! Слава богу, мимо. К острову ушли, где заслон.

Осерчал вовсе Темник. Отчитывает радиста:

– Когда я требовал замаскировать базу, сомневались многие: зачем, зачем?.. Не убеди я людей, не заставь – теперь бы щепки одни от всего этого остались. Упрямство, когда нет военного опыта, пагубно.

– Наверное, вы правы. Но давайте так… Я вызову от имени хозяина.

Нет, не устраивала подобная уступка Темника. Завтра утихнет все, и снова его не впустит этот юнец в землянку. Не годится такое.

Упрекнул:

– Врать – самое наиподлейшее дело в жизни.

Нет секретаря райкома, значит – нет. Доложи об этом. Доложи и что обстановка критическая. Получи разрешение передавать мои донесения. Пока не вернется Первый.

– Ладно. Вызываю по экстренному каналу.

Для тех, кто принимал радиограмму, Темник был известен. Секретарь райкома передавал, в каком партизанском отряде он обосновался, поэтому согласие на связь с ним поступило сразу, а затем последовало и решение: освобожденными пополнить партизанские отряды района.