Гвардия принцессы. Трилогия «Материализация легенды». Том 3

Не проси камня яркого, – проси мира в душе и мира вокруг тебя. Не давай искры ему, – дари домашний огонь и грейся в пламени души его.

– Да нет же! Нет! У меня всё в порядке. Я…

– Смотри, милая! Линия Венеры ведет ко Льву, а Сатурн ей препятствует. Длинный путь Юпитеру можно ускорить по Млечному шляху. А новый мир откроется за границей твоего познания, в новом знании, в новом теле, в новой силе.

– Непонятно ты говоришь, Цыганка. Я ничего не поняла.

– А что тут понимать? Ждет тебя дальняя дорога, но не сразу, а через трудности и преграды.

– А кто мой суженый-ряженый? Можешь сказать? Или это тоже скрыто в тумане?

– Да нет, ничего для меня не скрыто, – твой суженый-ряженый только твоего выбора ждет. Он рядом и далеко одновременно. И ты от него близко и далеко разом со своими недругами. Только недруги тебе дороже сейчас, чем ближний свет твоих очей. Не то ты бережешь, не тех слушаешь, не ко времени бежишь по не благодатному пути.

– Так куда же мне бежать? К кому склониться? Что делать?

– А зачем бежать? Зачем страдать? Ты остановись, перестань суетиться. Тебе не надо склоняться, – ты и так по жизни склоненная. У тебя всё будет, – тебе только надо встать, распрямить стать твою прекрасную и согласиться со своим суженым-ряженым. Ведь ты не хочешь его видеть, – ты в упор его и не видишь. А он стеснителен, застенчив, добр, – и к тебе добрым будет всегда.

– Как встать? Куда встать? Куда смотреть?

– Ты много вопросов задаешь, Красавица, – тебе дело делать надо, а не вопросами себя мучить.

– Не хочу я перемен, цыганка. Не хочу.

– А от тебя, милая, ничего и не зависит. Будут перемены, обязательно будут. Ты только путь свой выбери, куда и с кем пойдешь, – а перемены сами тебя найдут. Путь тебе новый предстоит. Дальняя дорога тебя ждет, очень дальняя.

– Много брешешь, цыганка. С пути меня сбиваешь.

– Не смута это, Лейла. Правда, это, Красавица.

– Имя мое, откуда знаешь, цыганка? Кто послал тебя?

– А на лице твоем имя написано. На судьбе твоей посланник твой написан. А я ни ему, ни тебе не служу, и никому служить не буду. Хочешь, на картах, хочешь, на костях кину, больше скажу. Ты только ручку позолоти мне, – я и о детках твоих правду открою, и об упокоенных прошлое расскажу.

– Нет у меня упокоенных. Брешешь ты.