Белоручка

– А то, – пояснил Иудин, – что тебя тут же свинтят французские жандармы за пьяную езду. Если, конечно, ты до этого не разобьёшься сама на своём красном кабриолете, заранее нагрузившись вином на ферме всё того же Жака.

– Ах, ну да, – усмехнулась и сама Агата. – Как-то не подумала. Действительно, мне надо идти учиться водить автомобиль.

– И потом, – вдруг заговорил серьёзно Иудин, когда его команда уже отобрала мяч и большими силами пошла на ворота соперника, – когда я стану большим политиком и буду у всех на виду, когда у меня будет просторная квартира, меня будут приглашать на встречи к различным шишкам, в том числе со второй половинкой…

Нападающий под управлением Иудина вошёл в штрафную.

– Уж извини, но ты должна понять, что мне будет нужна совсем другая женщина.

Фигурка футболиста ударила ногой, и пятнистый снаряд влетел точно в сетку ворот Агаты.

– Постатней и помоложе.

Последние слова Иудин говорил с улыбкой, но было уже поздно.

– Дурак! – выкрикнула Агата и швырнула в Иудина игровым контроллером.

– Постой, – смеясь крикнул вслед убегающей на кухню Агате молодой человек, но та, разумеется, не послушалась.

Для Игоря Эдуардовича так и осталось неясным, обиделась ли Агата на то, что в будущем он хочет сменить её на другую красотку, когда добьётся жизненных успехов, или на то, что он забил ей гол.

Иудин был слишком молод – если не по годам, то по духу – для решения столь трудной задачи. Ему было двадцать три, и он был горячим романтиком и идеалистом с ребяческим задором, а не холодным интеллектуалом.

Он относился к тому типу людей, которые лет до сорока продолжают верить в то, во что единожды поверили ещё в шестнадцать. И, к сожалению, когда доживают до солидного возраста, не отказываются от своих идей, отчего начинают выглядеть весьма комично.

Впрочем, пока в Иудине было всё складно и хорошо. Молодым человеком он был симпатичным, открытым, азартным. Придерживался левых социалистических взглядов и был уверен, что все люди братья и не должны терпеть несправедливость, будь то в социальном, политическом, религиозном или экономическом плане.

Иудин не мог с определённостью сказать, что всё это значило и почему так должно быть, ибо, как уже было замечено, он не был интеллектуалом, зато Игорь Эдуардович прекрасно знал, как этого добиться. Он был лидером движения «Красный рассвет». Название своему движению он дал в честь одноимённого американского фильма, который поразил и возмутил его при первом просмотре до глубины души.