Пещера

И море, и солнце, и ветер, и белые упругие крылья чаек… и то что-то, бесконечно далёкое что-то… то, куда я плыл да так и не доплыл… оно тоже исчезло! Исчезло всё и только сердце, замерев на мгновение в мучительно-сладкой истоме, вдруг отчаянно и тревожно затрепыхалось в груди:

– Выпусти меня! Выпусти!

ТАК ЭТО БЫЛ СОН! ВСЕГО ТОЛЬКО СОН!

Я находился дома, я лежал в кровати, не в своей комнате, правда, а почему-то в родительской спальне, а надо мной нависал оклеенный золочёными обоями потолок.

В общем, всё такое родное и всё такое знакомое…

До тошноты!

СОН, ТОЛЬКО СОН…

МОРЕ, НЕБО, ЧАЙКИ… И ВСЁ ЭТО ТОЛЬКО СОН…

А в прихожей сердито и пронзительно тарахтел телефон. Тарахтел, и, казалось, аж вверх подпрыгивал от нетерпения.

Я мысленно выругался и снова закрыл глаза в слабой надежде уснуть.

Как бы не так!

Телефон настойчиво тарахтел. По всему видно было, что настроен он на это самое занятие весьма и весьма решительно.

– А пошёл бы ты! – с отчаяньем обречённого пробормотал я. – Вот не встану и всё тут, и плевать я хотел на всех своих знакомых и незнакомых тоже!

Тревожное ощущение сна по-прежнему не покидало меня. Оно было слишком необычным, чтобы исчезнуть вот так, сразу. Оно было более чем необычным. Кроме того…

Я никак не мог вспомнить, куда же я всё-таки плыл, там, во сне… а ведь это и было самое что ни на есть важное во всей этой истории.

А в прихожей нетерпеливо и немузыкально всё названивал и названивал телефон. Тарахтел, одним словом.

«Чёртова тарахтелка! – в бессильной злобе подумал я, с головой забираясь под одеяло. – Вот хвачу сейчас чем-либо тяжёлым, мигом заткнёшься!»

Но сна уже не было. Было раннее утро… синеватый рассвет медленно и лениво перетекал через подоконник, постепенно заполняя собой комнату.

А телефон всё продолжал тарахтеть. Интересно, кто это там такой настырный?

Я встал, потянулся и, не одеваясь, вышел в прихожую.

Сразу же подумалось, что звонит Витька, только Витька… и никем кроме Витьки тип этот быть не может. С него станется. Недавно, к примеру, он позвонил мне в три часа ночи и для начала вежливо поинтересовался, что я сейчас делаю.