Уродка

– Если б ты была парнем…

Произнеся эту загадочную и совершенно непонятную для меня фразу, падре встал и медленно направился к алтарю.

– И что было бы, если б я была парнем? – неожиданно даже для самой себя крикнула я ему прямо в спину. – Что бы тогда было?

Остановившись на полпути, падре вновь повернулся в мою сторону.

– Ты очень похожа на своего отца, – проговорил он негромко и со странной какой-то интонацией в голосе. – И внешне, и по характеру…

И тут меня, что называется, проняло.

– Я не хочу быть похожей на отца! – изо всей силы выкрикнула я, вновь вскакивая с места.

 – Я не хочу, вообще, о нём даже говорить! Потому что он предал меня тогда, оставив сиротой!

– Замолчи! – ещё громче моего крикнул падре. – Не смей так об отце! Он никого не предавал, слышишь, никого не предавал! Тебя – тем более! Это мы предали его тогда, мы все…

Он, кажется, хотел ещё что-то добавить к уже сказанному, но в это время в комнату, галдя и балагуря, ввалилось сразу несколько парней и девушек, и наш разговор, естественно, на том оборвался.

И больше уже в тот день не возобновился, к великому моему сожалению…

Не возобновился он и на следующем занятии, ибо, когда я зашла в лавру, там уже было довольно людно. А когда я всё же смогла вновь явиться в лавру самой первой – задержался сам падре, и вновь у меня ничего не получилось…

Желая, во что бы то ни стало закончить непростой сей разговор, я и сегодня вышла из дому значительно раньше обычного. И в результате заявилась так рано, что дверь лавры была на запоре, а значит, падре ещё не вернулся из ежедневного своего обхода больных и страждущих…

Немного огорчившись этим его отсутствием, я опустилась на узкую скамью у стены и принялась терпеливо ждать.

Ждать пришлось довольно долго… и вот тут то я впервые его и увидела, этого чужака.

Вернее, услышала…

– Салют! – сказал он, подходя и садясь рядом. – Давно ждёшь?

– Давно, – не слишком приветливо буркнула я, не желая вдаваться в подробности.

В сторону своего случайного собеседника я даже не взглянула, хоть сразу поняла, что он не здешний.

По акценту поняла…

А ещё поняла, что он очень молод, возможно, лишь чуточку старше меня самой. Это тоже я легко могу определить по тону и тембру голоса. Другие не могут, а я могу…

– Неужели так любишь эти дурацкие посиделки?

Люблю я многое, а вот чего не люблю, так это, когда мне лезут в душу! Особенно, когда посторонние…

– Тебе дело, да?! – сразу же ощетинилась я.