Вращая колесо Сансары

Невольно подумалось, что, сколько у Битлов песен ни воруй, а всё равно популярности хоть отбавляй. Талант всегда пробьётся к свету, а уж в гениальности этой четвёрки (как минимум Джона и Пола) сомневаться не приходилось.

The Beatles нас переплюнули. Они помимо четырёх заявленных песен раздухарились ещё на три с последнего альбома, просто-таки наплевав на договорённость с приглашающей стороной. На Туманова, метавшегося за сценой, больно было смотреть, он только что не рвал на голове остатки волос. Ох, и не завидую Михаилу Иосифовичу, ох, не завидую! Хорошо хоть, не сталинские времена, к стенке не поставят.

Хотя само проведение такого мероприятия при Вожде было бы под большим вопросом.

Ну всё, вроде бы финиш. Застоявшиеся в стойлах пионеры выскочили на поле, демонстрируя прощальную хореографическую композицию. С трибуны, конечно, смотреть удобнее, но я и отсюда видел, что детишки выстраиваются в буквы, и на поле появляются слова «Мир», «Дружба», «СССР», «Африка»… А в финале в небо взмыли сотни белых голубей, как символ мира.

Где уж они отыскали столько?.. Может, обычных покрасили?

Сразу разбежаться нам не дали. Дождались в подтрибунном помещении визита товарищей Шелепина, Суслова и Фурцевой. Остальные «небожители», видимо, не снизошли до визита к артистам, либо их просто не пригласили. Зато была охрана в количестве двух человек и переводчик, который переводил для англичан слова Шелепина.

– Спасибо всем, было очень здорово, – сказал Александр Николаевич. – Особенную благодарность выражаю нашим зарубежным гостям, которые согласились на перелёт и выступление перед советской публикой.

Завтра, насколько я знаю, вас ждёт культурная программа. Надеюсь, вы покинете столицу Советского Союза с самыми тёплыми воспоминаниями.

Вскоре представительная делегация покинула помещение, но Фурцева задержалась и попросила меня отойти в сторону.

– Товарищ Мальцев, это что за самоуправство?! – громко прошептала она.

– Вы о чём, Екатерина Алексеевна? – с самым невинным видом поинтересовался я.

– О чём?! Да о том, что вы спели не утверждённую комиссией песню!

– Ах, об этом… Ну, спели, так что с того, народ требовал от нас ещё песен, мы и исполнили свежую вещь. The Beatles вон больше нашего вне программы спели. Разве кому-то от этого плохо?

– Как бы вам, Егор Дмитриевич, не стало плохо. Я это дело так просто не оставлю. – И помчалась догонять Шелепина со свитой.

А у меня на душе тут же начали поскрёбывать кошки.