Второй шанс 4. Инсургент

Выдача денег осуществлялась в оперативном порядке, к часу дня на территории завода не осталось ни единой живой души, об этом позаботились воронцовские гридни. Меня, как официального представителя имперской власти, не тронули, но всех остальных, кто собирался под каким-либо предлогом задержаться, выдворили за забор буквально пинками.

На что Иван Артемьевич, лишь недовольно поморщившись, молвил:

– Ладно, с рабочими и служащими после разберемся. Думаю, восстановить производственные цепочки много времени не займет.

В данный момент, майор Забелин, меня интересует местный архив и вся хранящаяся в нём документация.

– С удовольствием препровожу туда, Вашу Милость, – козырнул военпред, – разрешите выполнять?

– Извольте, голубчик. – Несмотря на гнетущее безлюдье на территории производственного комплекса, настроение главы имперской комиссии начало постепенно повышаться. Не беда, что народ разбежался, лишь стоит объявить о новом наборе, тут же у ворот начнется столпотворение, сокращать уровень доходов трудящихся государь не намерен, более того, дал добро на десятипроцентное их повышение и сохранение всех льгот, установленных Андреем Драгомировичем.

Оно, конечно, со временем весь этот популизм потихоньку искоренят, но в настоящий момент Российской Империи нужны самолеты и не только российской.

Получив разрешение от вышестоящего руководства, майор направился к отдельно стоящему в окружении здоровенных лип двухэтажному зданию из красного кирпича, по ходу давая пояснения, членам комиссии:

– Здесь, уважаемые господа, заводская управа.

 – Войдя внутрь, он указал рукой на ведущую в подвал неширокую металлическую лестницу. – Нам сюда. Здесь хранится маго-технологическая документация по всем моделям летательных аппаратов, когда-либо сошедших со стапелей нашего сборочного комплекса. Доступ сюда ограничен, однако мне удалось буквально выцарапать ключи от архива у здешнего управляющего, поскольку отлично осознаю, какую важность представляют хранящиеся в нем документы.

– Вы молодец, Забелин, – Прокудин не поскупился на похвалу для явно нарывавшегося на неё служаки. – Нисколько не сомневаюсь, что Государь Император по достоинству оценит ваше радение, о чём я непременно отмечу в своем докладе.

– Рад стараться Ваше Высокопревосходительство! – рявкнул военпред, но тут же, изобразив на физиономии показушное смущение, проявил, якобы, скромность: – Токмо мы это… без задней мысли о наградах.