Жизнь как она есть

Поездка автобусом «Винница-Монастырище» проходила неплохо, если подразумевать стандартные условия, когда водитель останавливается у каждого столба, стремясь побольше заработать.

При наличии хорошей дороги до конечной цели оставался бы всего час езды. После деревушки, носящей странное название Леухи предстояло преодолеть ненаселённый промежуток пути, протяжённостью километров в пятнадцать (окрестные деревни находились далеко в стороне), затем – станция Монастырище и село с красноречивым названием Сатановка; за ней – ещё несколько километров пути и, наконец, само Монастырище.

Как раз после десяти минут езды после пресловутых Леух автобус, который то и дело носило из стороны в сторону по оледеневшей трассе, безнадёжно заглох. Пассажиров в салоне оставалось всего ничего: какая-то тяжеловесная тётка и Алексей с детьми. Водитель вышел, немного померз, созерцая двигатель, после чего вернулся в салон и заявил:

– Приехали… Кума, вернемся-ка в Леухи, там живет моя сваха. Поедим, выпьем, переночуем… Сама понимаешь…

– Хи – хи… – с деланной застенчивостью посмеялась тетка.

– Погодите, а куда деваться нам? – возмущенно воскликнул Алексей.

Шоферюга взглянул на него так, словно увидел впервые.

– А я что – обязан организовывать для вас гостиницу?!

– И то верно! – поддакнула ему кумушка.

Физиономия водителя, как это характерно для существ со слабым духом, исполнилась угрозой.

«Драться готов, что ли? – удивился злосчастный пассажир. – Неужели решится при детях?»

Но, присмотревшись при тусклом мерцании лампочки в эту наглую рожу внимательнее, он отбросил всякие сомнения: «Да, этот сможет… даже при детях…»

– Может, вы оставите нас в салоне, включите печку… Я знаю, как обращаться с ней…

– Да ты чё, мужик?!

– Ясно, мы уйдем… – кивнул Алексей, поняв бессмысленность всяких споров.

Странное дело: он почему-то не хотел спорить даже сейчас…

Наспех укутав малышей шарфами и захватив сумку с нехитрыми детскими пожитками, он ретировался, глубоко в мыслях желая человеческому созданию с чёрствой душонкой «всего наилучшего».

Как мы уже упоминали, дорога представляла собою замерзшее крошево, поэтому идти было чрезвычайно трудно и опасно. Особенно для детских ног.

Периодически ему приходилось брать на руки то одного то другого ребёнка, стремясь облегчить их мучения и дать маленьким ножкам хотя бы минутное отдохновение. То и дело он посматривал на часы в мобильном телефоне, и всякий раз при этом недовольно морщился.