Притча о выборе. Сборник рассказов

А этот Чёрный Джек – просто грязная свинья.

– Вы не боитесь, что Джек расправится с Вами?

– Нет, мисс, он меня не тронет. Команда не даст меня в обиду, все они ненавидят Джека, когда-нибудь он получит «черную метку», и тогда капитаном стану я! Я заведу на корабле такие прядки, какие были при моем отце. Он был справедлив, его любила вся команда. Он не позволял себе творить такие мерзости, какие творит Джек. Мой отец никогда не расправлялся с пленными, а отпускал их, забрав добычу. Он даже оставлял побеждённым достаточный запас еды и питья, чтобы они могли добраться до порта.

– Скажите, Джим, а что будет с капитаном Тейлором и Бенджаменом?

– Не беспокойтесь, мисс, Чёрный Джек не станет убивать их, он захочет получить выкуп. Мы придем в порт, и там наверняка найдутся богатые англичане, желающие выкупить их из плена.

– А если таких не найдется?

– Ну, не знаю. Тогда продаст кому-нибудь.

– Как продаст? Разве можно продавать людей?

– Но ведь продают же негров.

– Так то негры, а они же англичане!

– Какая разница, мисс.

Но не переживайте, всегда найдутся добрые люди, которые сжалятся над несчастными, и дадут Чёрному Джеку деньги в обмен на их свободу.

– А Ваш отец тоже продавал людей?

– Нет, мисс, что Вы! Мой отец никогда не опускался до такой мерзости! Он был настоящим моряком, джентльменом удачи! Посмотрите, вот его инструменты.

Джим показал Элизабет навигационные инструменты: секстант, астролябию, компас.

– С помощью этих инструментов можно определить место корабля в океане.

Я умею всем этим пользоваться, мисс! Отец научил меня. И если Чёрный Джек меня убьет, то никто уже не сможет привести бригантину в порт.

Джим рассказывал юной леди о морях и штормах, о боях и абордажах, о дальних странах. А она слушала его рассказы с замиранием сердца, поражаясь тому, как много довелось повидать этому юноше за свою короткую, полную опасностей жизнь. И в глазах Элизабет этот юный моряк не шёл ни в какое сравнение со скучным, унылым Бенджаменом, погрязшим в ворохе бумаг, счетов, накладных, среди пыльных лабазов в монотонных серых буднях, где не было места романтике и приключениям.

В разговорах они не заметили, как солнце уже повисло над горизонтом и коснулось края воды, озарив волны океана багровым, кровавым цветом. Наступили сумерки, близилась ночь.

– Оставайтесь здесь, в моей каюте, – сказал Джим юной леди, – а пойду вниз, к матросам, чтобы не смущать Вас.

– Спасибо, Джим, Вы благородны и очень добры ко мне.