Встреча с монстрами

Её расплывшееся на подушке лицо, с остатками помады на губах, покрытыми остатками краски закрытыми веками, короткие растрёпанные волосы, торчащие во все стороны, напоминали застывшую маску клоуна. Полные и расплывшиеся груди свисали по сторонам тела, живот под рубашкой возвышался глыбой, толстые бесформенные ноги, разбросанные в стороны, создавали вид поверженного каменного истукана. В комнате пахло потом и винным перегаром. Мысли женщины были отрывочны, связывались кодовыми словами или разделялись пробелами, как у дочери.

В мыслях женщины проскальзывала зависть к соседям, которые были беднее их, но учёнее. Ей хотелось, чтобы её дети тоже стали учёными. Поэтому она за взятку учила дочь в специализированной школе, надеясь, что она потом поступит в институт и будет не хуже соседских детей, но к тому же богаче их. Из её памяти Индре извлёк фрагмент рабочей обстановки женщины. Она работает продавцом. К ней стоит очередь. Какой-то парень покупает у неё колбасу. Смотрит в свою сумку, а не на весы. Она быстро снимает с весов продукт, не довесив его. Подсчитывает стоимость, накидывает к результату, округляет его и называет стоимость. Идёт молча платить в кассу. «Дурачок», – думает она про него. Следующий покупатель – старушка. Ей опасно много недовешивать и обсчитывать. Может не хватить денег. Поэтому она ей недовешивает чуть-чуть и совсем немного накидывает. Старушка переспрашивает, ворчит, что дорого. Чего, спрашивается, стояла? Она ей так и говорит. И ещё добавляет, что старуха только время отнимает у занятых людей. Сидела бы дома. Пусть берёт или уходит. Старуха пошла платить. Следующий покупатель – интеллигент в очках. Этого можно как следует обвесить и обсчитать. Интеллигенты долго и плохо считают. Стесняются сказать, что их обманули, за всё платят молча. Она привычным движением бросила колбасу на чашку весов и хотела снять её, пока весы не уравновесились, но интеллигент говорит, что ему нужно ровно один килограмм. Она отвечает, что не будет взвешивать ему ровно один килограмм, потому что куда она потом денет кусочки. Он, гад, настаивает, говорит ей, чтобы точнее отрезала, без кусочков. Много, гад, понимает. Как это взвесить без кусочков? Она что, бог? Очередь начинает роптать на интеллигента. Тогда она сама ему кричит, что не будет ему отпускать. Или пусть берёт, что она ему даёт, или пусть убирается отсюдова в другое место, где ему будут резать кусочки, и не задерживает очередь.