Горизонт событий

Олег поднялся, но в кресло не сел, а остался стоять, продолжая держаться за подлокотник, так как крейсер был изрядно накренившийся и сохранять равновесие было достаточно сложно.

– Перегрузка энергосистемы! Температура генератора превышена! – донёсся синтезированный системой управления мужской голос.

– Проклятье! Придётся ждать! – раздался явно злой голос Сиреневого. – Все живы?

– Жив! Жив! Жив… – донеслось разноголосье членов экипажа.

Олег насторожился – женского голоса среди отвечавших он не услышал.

– Рязанова! Ответь! – нарушая субординацию, выкрикнул он.

Прошло несколько мгновений, никакого ответа от Ольги Рязановой не пришло.

– Капитан! Я к Рязановой! – выкрикнул Олег и, развернувшись, побежал к выходу, передвигаясь по полу едва ли не боком.

– Стоять! – догнал его громкий голос капитана.

Но, будто не услышав его, Поляков выбежал в коридор и побежал в сторону медлаборатории, где должна была находиться Ольга Рязанова во время боевой тревоги.

* * *

Вбежав в медлабораторию, Олег сразу же увидел возникшую в ней проблему: анабиозную камеру медлаборатории сорвало с креплений постамента, и она, оказавшись на накренившемся полу, скользнула к стене, видимо, около которой в тот момент находилась Ольга Рязанова, и, сбив её с ног, прижала к стене. Была ли Ольга жива, было непонятно, так как она лежала без движений.

Олег бросился к анабиозной камере и попытался оттащить её, но она оказалась очень тяжёлой и от его усилий лишь чуть покачивалась, оставаясь на месте.

– Проклятье! Проклятье!.. – непрерывно повторял Олег, скользя обувью по полу, но анабиозная камера так и не двигалась.

Вдруг рядом с его руками появились ещё чьи-то руки. Олег бросил быстрый взгляд на хозяина рук – это был Шахов. Анабиозная камера начала качаться сильнее, но по-прежнему так и оставаясь на месте.

– Она весит почти шестьсот килограммов, – заговорил Шахов. – Да ещё плоскостью с захватами легла. Капитан явно перестарался с манёвром.

Выпрямившись, он развернулся и побежал из медлаборатории. Олег тоже выпрямился и…

Его сердце буквально остановилось – перед анабиозной камерой, с обратной стороны от него, висел в воздухе большеглазый гуманоид в белой накидке, точно такой, какого он видел на старой, уничтоженной ирригами, станции землян.

«Ирриг!» – догадка больно кольнула мозг Олега.