Оружие бога

Разбойники нам не встретились, погода не менялась, а спутники не вызывали желания общаться. Моё предложение Сару было далеко от той жизни, о которой я мечтал, но оно давало надежду. Даже существование в голове загра было лучше смерти. Я не мог жить самостоятельно, но прожил бы чужую жизнь. А если ещё хоть иногда будут давать тело… Он не ответил, а я теперь мучился, не зная, каким будет ответ.

К вечеру лес стал редеть, а потом закончился вырубками, за которыми тянулись поля с неубранной пшеницей. Когда проехали три деревни, вдали показались стены и башни Барма.

Это был город нашего королевства, и он ничем не отличался от столицы, кроме размеров и отсутствия королевского дворца. В воротах с нас взяли два серебряных за въезд и предупредили о том, что нужно снять мечи.

– Знаешь хороший гостевой двор? – спросил я Лаша.

– Мы останавливались в двух, – ответил он. – На мой взгляд, «Караван» будет лучше.

Ехали до этого заведения недолго, и в нём были свободные комнаты, поэтому оставили лошадей конюху и пошли устраиваться.

– Сколько комнат нужно господам? – спросил встретивший нас хозяин. – Они у меня одно- и двухместные.

– Мне нужна комната для одного, – ответил я. – Остальные обойдутся двухместными. И пусть для нас приготовят ужин.

– Вам нужны девушки? – спросил он. – У меня есть одна, которая вам подойдёт. Она уже скрашивала ночь заграм.

– Пусть будет девушка, – согласился я. – Остальные решат за себя сами.

Большие и чистые комнаты были обставлены удобной мебелью и запирались надёжными замками.

Ключи от них выдал сам хозяин, предупредивший, что они единственные и мы можем не бояться за своё добро.

– На окнах решётки, а двери такие, что замучишься рубить топором, – сказал он, протягивая мне ключ. – В комнатах убрано, поэтому никто из прислуги в них не войдёт.

Я поверил и, когда пошли ужинать, оставил серебро в комнате, но сумку с ларцом взял с собой. Ужин был вкусный и обильный, но я помнил об обещанной девице и ел умеренно. Хуже нет, чем заниматься любовью с полным брюхом.

Тело загра вспотело под одеждой, и надо было помыться с дороги, но я устал и решил, что пот любви не помеха. Когда разделся, всё быстро высохло и почти не пахло. Если не воняет для меня, то и девчонка как-нибудь перебьётся. Кстати, здесь мой нос быстро потерял часть своей чувствительности. Когда вошли в гостевой дом, в него шибанула волна запахов, в которых я не смог разобраться, сейчас тоже пахло, но уже терпимо.