Оружие бога

Учти, что они не торгуются. Обязательно захвати с собой Лаша. За охранниками пойдёшь второй раз. Если возьмёшь сразу все деньги, тебя могут ограбить даже со слугой.

Лаш когда-то служил в дружине у одного из князей и, несмотря на свои пятьдесят лет, сохранил силу и сноровку в обращении с оружием. К нам он нанялся больше десяти лет назад и неоднократно доказал свои надёжность и верность роду Олеров.

– И вот ещё что… – нерешительно добавил отец. – Не вздумай никому говорить об этом ларце. Две декады назад в трёх днях пути от столицы ограбили одного из купцов Сандома, перебили всех караванщиков и забрали много жемчуга.

С нашим товаром всё чисто, но я не хочу это доказывать. Понял? Тогда иди!

Я забрал кошели и ушёл к себе переодеваться. Только начался второй месяц лета и столица задыхалась от жары, поэтому я решил обойтись без штанов. Снял домашний халат и надел красную шёлковую рубашку до колен. Пришлось использовать пояс, к которому прикрепил кошель и самый длинный из своих кинжалов. Благородные и их охрана имели право носить мечи, а купцам и наёмникам это разрешалось только в походах.

Завязав на голове платок в тон рубашке, я нашёл Лаша и приказал сопровождать меня на рынок.

– Возьми этот кошель, – сказал я слуге, – и не забудь кинжал. Идем на Круглую площадь.

В столице было два рынка. Круглый располагался на одноимённой площади, а Нижний, на котором продавали только лошадей, скот и рабов, находился в ремесленных кварталах.

Лаш тоже надел рубаху, но из простой ткани, и мы вышли из дома на улицу.

Солнце так нагрело камни мостовой и тротуаров, что ногам было горячо даже через подошвы сандалий. В такое время из домов выходили только по необходимости, поэтому прохожих было мало, а знакомых вообще не встретили. Вот на рынке было многолюдно. Из-за жары никто не расхваливал свои товары, даже лоточники и водоносы. Торговались, не повышая голоса, и старались быстрее купить нужное и вернуться домой. Большая площадь была заставлена навесами, под которыми торговцы укрывались от солнца. Положив одну руку на рукоять кинжала, а другой придерживая кошель, я стал протискиваться сквозь толпу в ту часть рынка, где обосновались наёмники, а Лаш шёл следом.

Те, кто зарабатывал охраной, тоже сидели под навесами, кроме трёх загров, которые устроились на солнцепёке. К нам приходили от них только мужчины, и я даже не слышал, чтобы с ними хоть когда-нибудь были женщины или дети. Почему-то беглецы держались порознь и старались не общаться друг с другом.