Прометей с востока

Внезапно перед ним возник юноша лет семнадцати, такой же зелёный, как и всё вокруг. На его симпатичном лице застыло удивление.

– Где я? – спросил он, глядя на Глеба. – И кто ты?

Внезапно Глеб всё понял.

– Ты сволочь! – указал он зелёной рукой на призрак Анджея. – Мы договаривались, что маг возьмёт у тебя кое-какие воспоминания и перенесёт их в мою голову, а ты бросился ко мне обниматься! И теперь тебя во мне слишком много, а я из-за этого не могу вернуть своё тело!

– А почему это я согласился отдать тебе свои воспоминания? – недоверчиво спросил Анджей.

 – Ты врёшь!

– Тебе за убийства должны были отрубить голову, – объяснил Глеб. – Ты что, ничего не помнишь? Сколько тебе лет?

– Семнадцать, – неуверенно ответил Анджей. – Ни о каких убийствах не помню. Но если ты не врёшь, значит, я пришёл в твоё тело и получил другую жизнь!

– Как пришёл, так и уйдёшь! – отрезал Глеб. – Мне не нужны в голове те, кто убивает за деньги, пусть даже мерзавцев!

– А я убивал только их? – спросил Анджей.

 – Тогда ладно. Послушай, я отсюда никуда не уйду! И не хочу, и не получится. Давай мы с тобой объединимся, а то твоё тело останется без хозяина. Что тебе от меня нужно?

– Фехтование, – буркнул Глеб. – Купил дворянство, но пока ничего не знаю, и всему нужно учиться.

– Если сольёмся, тебе ничего не придётся учить, – пообещал призрачный Анджей. – Сразу станешь мастером меча и узнаешь всё, что необходимо дворянину.

– Сразу не буду, – вздохнул юноша. – Памяти мало, нужно привести в порядок тело и всё опробовать.

– Месяц – это не годы, – возразил Анджей. – Давай сливаться, а то мне почему-то стало страшно!

– А как? – спросил Глеб, на которого тоже внезапно накатила волна ужаса. – Опять обниматься?

– Можешь придумать что-нибудь лучше? – спросил Анджей. – Вот и я не могу!

Он раскинул руки и бросился навстречу Глебу. Осознав себя в теле, юноша почувствовал, что лежит на полу. Вроде бы с ним не случилось ничего страшного: тело не болело и слушалось, и он по-прежнему был самим собой, а не каким-то там графом.

Если магия Корна в чём-то его изменила, он пока не чувствовал этих изменений.

– Поднимайся с пола! – сказал маг. – Шевелись, нам нужно побыстрей уносить отсюда ноги. О том, что случилось, поговорим потом.

– А что с ним? – поднимаясь с пола, спросил Глеб, показав рукой на неподвижно лежавшего узника.

– Жив, но превратился в идиота, потеряв память первых семнадцати лет жизни.