Возвращение

– Ты что наболтал девчонкам про свою любовь? – спросил он, когда мы ушли за дом и сели на лавку возле забора.

– От кого ты это слышал?

– Ходил в городок и встретил Светку Зимину.

– Всё ясно: испорченный телефон. Не понял? Я вообще летом не видел Светку. Болтушки.

– Четыре дня до школы, а из ребят никого нет! – пожаловался он. – Скука! Не хочешь поиграть в футбол?

– Хочу, но не могу, – соврал я. – Потянул ногу.

Тело продолжало болеть, хоть уже меньше, и не хотелось гонять мяч с Игорем, который был выше и сильнее меня.

Я развеселил его, рассказав несколько анекдотов, потом сослался на больную ногу и ушёл домой.

– Что так быстро? – спросила мама. – Раньше трудно было загнать домой, а теперь не вылезаешь из своей комнаты.

– Давай сыграю на пианино одним пальцем? – предложил я.

– Одним пальцем может и твой отец, – засмеялась она. – Собачий вальс. А у тебя что?

– Не знаю, – соврал я. – Нашёл ноты и разучил

Я сыграл маме одну из разученных мелодий. Ей понравилось, а я был разочарован.

На моём электронном инструменте звучало красивее.

– Плохо, что нет гитары, – пожаловался я. – Можно было бы научиться играть. А то стоит этот гроб и зря занимает столько места.

– Мы его продадим, – сказала мама. – Уже есть покупатель. Жаль, но кто же знал, что Таня не захочет заниматься дальше?

– Она с самого начала не сильно хотела, – возразил я. – Это было больше ваше желание. А теперь наверняка продадим за меньшую цену.

Мама пошла к зазвонившему телефону, а я вернулся в свою комнату.

Я всё-таки начал работу с тетрадкой, используя для этого время, когда дома никого не было, и сразу возникли сложности. Что-то помнил очень хорошо, но многое вспоминалось хуже. Было желание изложить все значимые события следующих семидесяти лет, а уже потом писать об открытиях и технологиях. Были и мысли о том, как и кому передать мои тетрадки, чтобы они попали куда нужно, а не отправились в мусор. В самом начале пояснил, что если дата поставлена со знаком вопроса, то это значит, что она может немного отличаться от написанной.

Сначала работа шла тяжело, потом я втянулся и стало легче. Скоро с непривычки от писанины начали болеть пальцы.

Я занимался телом только неделю, но уже мог десять раз отжаться и недолго выполнять все асаны. Во время моих занятий отец был на службе, а мама интересовалась ими меньше, чем я думал, хоть и похвасталась подругам, что сын занялся спортом. В понедельник, за день до школы, я был в квартире один.