Я был капитаном Фицроем. Записки пациента клиники для душевнобольных

Ждать чуда, особенно, когда карьера рушится на глазах, занятие утомительное и безнадежное, и Виталий Игнатьевич решил во что бы то ни стало сотворить чудо своими руками. Он искал случая, и вскоре случай ему представился.

Однажды Виталий Игнатьевич вошел в кабинет своего непосредственного начальника капитана первого ранга Корнеева с каким-то пустяковым вопросом, кабинеты их были рядом, но Федора Ивановича в кабинете не оказалось. Дверь была открыта, понятно, что начальник отлучился буквально на минуту и вот-вот вернется.

Виталий Игнатьевич быстро цепким взглядом осмотрел кабинет, на столе лежал секретный приказ по флоту, это была удача, удача, которой может больше и не представится. Его начальник вышел, не успев убрать в сейф секретный документ с которым работал. Воровато оглядевшись, Пацюк сгреб документ со стола и сунул во внутренний карман кителя, потом быстро вышел и вернулся в свой кабинет. В коридоре никого не было, никто не мог видеть что он заходил к Корнееву.

Виталий Игнатьевич сидел за столом, отирая со лба холодный пот, ему казалось что лацкан кителя слишком оттопырен, но вытащить документ из кармана и спрятать в стол нельзя. Он встал, подошел к маленькому зеркалу, что висело на стене, и внимательно осмотрел себя. Нет, все нормально, никто не заметит что в кармане что-то лежит. Он успокоился, сел за стол. Через несколько минут дверь кабинета отворилась, вошел Федор Иванович.

– Виталий Игнатьевич, – спросил он, Корнеев называл сослуживцев не по званию, а по имени отчеству, как было принято еще старые времена в русской армии и на флоте, – Вы не заметили случайно, ко мне в кабинет никто не заходил?

– Нет, не слышал, чтобы кто-то заходил к Вам, а что случилось?

– Да, понимаете, Виталий Игнатьевич, неприятность такая вышла, у меня со стола секретный документ пропал, сам виноват, конечно, вышел на минутку, документ на столе оставил и кабинет даже не закрыл, возвращаюсь, документа на столе нет.

– Может Вы его в сейф положили, или среди бумаг где?

– Да, смотрел уже, везде смотрел, ничего не понимаю.

– Да, успокойтесь, товарищ капитан первого ранга, найдется, куда он может деваться? Думаю, никто его не брал, сами, наверное, куда-нибудь положили, вспомните.

– Да на столе лежал, точно помню. Неужели уже склероз до такой степени… – проворчал Федор Иванович и вышел.