Собачьи дни

Представьте, подходит к вам официант.

– Ме-ме-ню, – предлагает он и сразу ясно как к нему обращаться.

Подходит другой.

– Сто угодно?

Понятно, что это Стокало.

Ехидно задаёте вопрос третьему о качестве рыбы.

– Лыба свежайшая, – улыбаясь, отвечает тот.

Вот те и Лыба…

Но, в любом случае, моральные издержки официантов с лихвой компенсировались приличной зарплатой и неплохими «чаевыми».

Несколько слов о меню, представлявшим собой сочетание наименований французских блюд с тематическим названием на русском языке.

– антрекот «Завтрак каннибала» представлял собой жареное говяжье мясо, вырезанное между рёбрами, подаваемое на дубовом спиле с вонзённым в него миниатюрным туземным копьём;

– алюмет «Живодёр» – картофель, нарезанный палочками, хаотично политыми кроваво-красным соусом;

– асперж мусселин «Коррида» – спаржа в соусе из яичных желтков, лимонного сока и сбитых сливок с миниатюрной шпажкой на тарелке…

И дальше в том же духе.

Справа от ресторанчика разместилось неказистое, мрачное здание местной адвокатуры, на которое пал выбор, наверное, потому, что, если «расчленить» это слово, получится нечто зловещее: Ад – Во! Кат – Ура! Как бы то ни было, даже если всё это покажется надуманным и нелепым, адвокаты из соседнего здания частенько посещали ресторанчик. Вознаграждение, умеренное по мнению крапивного семени, занимавшегося в основном разрешением споров между наследниками, без труда перекочёвывало в карман владельца заведения – личности в городе известной, но от того не менее таинственной.

Хозяином заведения, города и окрестностей был чистокровный еврей, что само по себе и не ново.

Представители этой национальности успевали всё: побывать в египетском плену, предпринять исход из Египта, побродить 40 лет по пустыне, обрести Землю Обетованную, потрепать нервы римлянам, сделать кое-где и кое-как революцию, занять ключевые позиции в мафиозно-финансовых и финансово-мафиозных структурах и к тому же быть бельмом на глазу всего мусульманского мира.

Звали хозяина «Воланда» Армиллий Штерн. На вид ему было лет тридцать. Огромного роста, рыжеволосый, с чётко обозначившейся плешью, с миндалевидными, по-рыбьи навыкате, жутко-карими глазами, серым лицом и загнуто-мясистым носом, Армиллий напоминал гигантского, облезло-неуклюжего попугая. Его голова крепилась к дебелому торсу мускулистой колонной шеи.