Рубиновое сердце Глена

Вскоре Глен, Клаус и Лилия увидели два огромных волка с оранжевыми глазами, бегущих без привязи. За ними шли абсолютно круглые карлики, неуклюже переминающиеся с ноги на ногу. Их тела были точно шар, а сами они едва достигали пупка среднего по росту человека.

– Кто это? – спросила Лилия вслух.

Учитывая, что Глен хотел обратиться с точно таким же вопросом к Лилии, он крайне удивился ее вопросу. Но на выручку подоспел Клаус, басивший своим хрипловатым голосом:

– Волки, понятное дело, и есть волки.

Судя по оранжевым глазам – Спутники. То есть заколдованные служить. Круглые – это Гребни, помощники вон того жуткого волшебника. Собственно он – тот в черных мантиях с короной на голове – это Калиф. Очень могущественный волшебник. Может даже самый. Никто в дуэлях его не побеждал. Дядя Мортон говорит, что Калиф задумал недоброе. Неудивительно, учитывая слухи о нем…

– Да что там слухи… – прервала Лилия. – Стоит на него только взглянуть. В нем же словно вся тьма мира сконцентрирована.

– Однако не стоит обвинять его так необоснованно, – назидательно продолжил Клаус, подняв вверх указательный палец. Он, конечно, как личность очень темная, но пока нет явных подтверждений его черному колдовству.

– А черные разве не скрываются с чужих глаз? – спросил Глен, вспоминая что-то подобное из рассказов дядюшки Мортона.

– Верно. Но повторюсь – никто не берется обвинить Калифа в черноте его волшебства. Одежды – еще не повод. Потому он не прячется… В отличии от других практиков черного волшебства… – вдруг вырвалось у Клауса.

– Хм… – закончила Лилия и вновь уставилась на черную фигуру.

Калиф и его свита из двух волков, отпугивающих народ и Гребней в размере шести штук, стремительно продвигалась к главному входу в цирк. Глена изумила грация и надменность Калифа, его величественность и презрительность ко всему вокруг. Он точно чувствовал себя царем всего сущего, точно был владельцем земли, по которой ступают его черные кожанные сапоги с длинными носами.

Черная, переливающаяся темно-зеленым мантия; увесистый художественный посох с большим набалдашником в виде красного камня; черная высокая корона с острыми зубьями и тремя изумрудами: самый большой – по центру, два поменьше – справа и слева от него. Восточная внешность, придающая Калифу еще больше хищности. Складывалось ощущение, что от этих изумрудов струился ядовитый еле заметный зеленоватый дымок.