Акт слепого возмездия

Он быстро раскрыл аптечку и вколол в бедро промедол. Боль ушла, но нога не слушалась. Колтунов припал к автомату.

Взрывы все еще продолжали греметь. Айбас совершил роковую ошибку. Мало того что его боевики израсходовали почти весь боезапас. В этой ситуации они потеряли главное – время.

Главарь сообразил, что надо уходить. В центре аула стояли внедорожник и грузовая машина. Именно на них бандиты приехали сюда.

Но на дороге боевиков встретили бойцы штурмовой группы капитана Савельева. На то, чтобы распотрошить банду и захватить транспорт, им понадобилось не более пяти минут.

Колтунов уткнулся в холодную землю жарким, потным лбом. Выжили! Наступило расслабление, голову заполнила какая-то пустота, но ненадолго.

Вскоре от дома донесся голос Савельева, хорошо знакомый капитану:

– Старый, Колдун!.. Парни! Есть кто живой?

Синицын крикнул сорвавшимся голосом:

– Есть, товарищ капитан.

– Продолжай подавать голос! – приказал Савельев. – Мы идем на него. Чертов дым!

– Тут мы! Тут! – кричал Синицын.

Колтунов взглянул на него и заявил:

– Да не ори ты так, Птаха! Уши закладывает.

– Это у вас контузия, товарищ капитан. Тут мы!

Из дыма вышли капитан Савельев и двое его бойцов.

– Вижу! Отставить голос.

Самойский вдруг заплакал, даже зарыдал.

– Сом, прекрати! – крикнул Колтунов.

– Это нервное, Юра. – Капитан Савельев присел перед ним на корточки.

– Хреново, Коля. Напоследок я все-таки получил осколок в ногу.

– Главное, не в голову. Нога пройдет. А где Игнатьев?

– Я здесь, капитан, – отозвался командир группы.

– Тоже ранен?

– Травмирован.

– Балкой его немного помяло, – объяснил Колтунов.

– Позвоночник цел?

– Цел, – ответил Игнатьев. – Ногу повредило. Получается, что у нас троих проблемы с ногами.

– Разберемся!

– Что с духами?

Савельев усмехнулся.

– А что с ними может быть? Отправились к праотцам. Что заслужили, то и получили. Но Айбаса все же удалось взять живым. Застрелиться хотел, сучонок, да снайпер мой выбил ствол.

– Отличная работа.

– Не спорю. У вас серьезные потери?

– Убитых четверо. А раненых?.. Да все остальные, кроме связиста и вот того хлюпика, который никак не успокоится. – Колтунов имел в виду Самойского, который все еще рыдал.

Бойцу Савельева пришлось колоть ему успокоительное.