Звери лютующие. Екатеринбург: гримасы уголовного мира

Вы в коллективе – без года неделя, а Зайцев давно зарекомендовал себя и только с хорошей стороны.

– Господи, разве я ставлю под сомнение его деловые качества? Что я такого сделала, чтобы на меня ополчаться?

– Вы унизили…

– Каким образом?

– Пренебрежением к его результатам труда.

– Он так считает?

– Не только он.

– А кто же еще?

– Хотя бы я.

– Вы присутствовали при нашем разговоре?

– Нет, но Андрей врать не будет.

– Он вас назначил своим адвокатом?

– Я сам…

– Значит, ему верите, а мне нет?

– Доверие зарабатывают годами.

– Я, извините, в шоке. Не могу понять, что происходит. Что всем вам надо от меня? Я всего лишь нахала поставила на место, осадила, потребовала уважительного отношения к себе… Хотя бы по минимуму… Хотя бы как к женщине. Разве я на это не имею права?

– Не в этом дело…

– Как это «не в этом»?! Именно в этом и только в этом. Если ваш друг – не мужчина, то…

– Вот видите! Вы опять унизили!

– Простите, старший лейтенант: я при исполнении и у меня нет времени для выяснения отношений.

Пожалуйста, отложим этот разговор на другой день.

– Ну… это… Выслушайте мое мнение по этому делу…

– Простите, о каком деле идет речь? Если о бедолаге-старике, который ночью скончался в клинике, то пока «дела» никакого нет. Есть лишь поручение руководства: провести доследственную проверку обстоятельств гибели человека.

– Разве это человек?! – неосторожно воскликнул старший лейтенант Кобяков.

– А кто? Не скотина же. Впрочем, даже неподобающее обращение с животными карается в уголовном порядке, о чем вам должно было бы известно.

– Да, человек, но какой?

– И какой же?

– Особо опасный рецидивист.

– Откуда вам известно?

– Все в отделе знают. Он на особом контроле.

– На данное время суток знают далеко не все: лишь несколько человек, а именно участковый Зайцев. Правда, он не может быть полностью уверенным, потому что не был на опознании.

– Но в квартире…

– Вы сыщик, да? – тот кивнул.

 – Должны знать, что нахождение лица в квартире – это еще не факт, что именно он хозяин. Это же для оперативника такая банальность. Жертвой мог стать кто угодно, любой, например, собутыльник.

– Но капитан Зайцев…

– Его уверенность не есть факт, а всего-то пока предположение. И я считаю, что распространение непроверенной информации есть нарушение должностной инструкции, о чем доложу рапортом руководству.