Звери лютующие. Екатеринбург: гримасы уголовного мира

Повторяю заданный прежде вопрос: кем вы приходитесь хозяину квартиры?

– Сестра родная… Что всё-таки с братом?

Вместо ответа, последовала просьба дознавателя:

– Паспорт или иной документ, удостоверяющий вашу личность, с собой?

– Как нынче без него… На Малышева патруль останавливал: куда, дескать, и зачем, нарушая режим самоизоляции, перемещаюсь. Показала паспорт, объяснила: вчера, мол, весь день звонила брату, ни днем, ни вечером не дозвонилась; сегодня, мол, прямо с утра решила попроведать, как-никак, седьмой десяток Сеньке и один живёт бедолага.

– Позвольте взглянуть на ваш паспорт… Извините, я вам верю, но для протокола нужно.

– Какие проблемы! – достала паспорт и положила на стол перед дознавателем.

Та, развернув, вслух прочитала:

– Кобякова Анна Юрьевна. – Потом изменившимся голосом повторила. – Значит, Кобякова… – Только что лицо дознавателя светилось добротой и тут мгновенно помрачнело, а в углах губ появилась суровая складка. Офицеры, находившиеся неподалеку, обратили внимание на необоснованную смену настроения Евгении Ивановны.

– Нет… И в родстве (ближнем и дальнем) по линии мужа никого не знаю… А что? Кто такой этот Кобяков? – Ефимчик и Мосунов при этом обменялись взглядами.

– Старший лейтенант полиции… Наш коллега, – неохотно пояснила дознаватель Марусева.

– Тем более… Нет, не родня. По правде говоря, на Урале Кобяковых как нерезаных собак… Однофамилец… А до замужества я была Карелина… Как и брат.

– Поняла. – Сделав соответствующую запись в протоколе, в том числе указав паспортные данные, дознаватель достала фотографию и положила перед Кобяковой Анной Юрьевной. – Узнаёте?

Присмотревшись, женщина покачала головой.

– Весь, вижу, в бинтах… Глаза брата, широкий лоб его… Что с этим человеком?

Ответил майор Ефимчик:

– Мы бы хотели тоже знать… Пока же определенно можно сказать: человек на фото был доставлен в тяжелом состоянии в клиническую больницу номер тридцать шесть, причем, доставлен был отсюда, из этой квартиры.

– Когда?

– В ночь с воскресенья на понедельник.

– Я… Была у брата в воскресенье, в первой половине дня… Прибралась. Поукоряла за чаем, что неразборчив в друзьях, иных бы близ порога не следовало пускать… Он уверял, что остались лишь самые надёжные.