Дело пернатых. Пессимистическая комедия

Мы поместим этого литератора в зоопарк, в виртуальную клетку к прочим пернатым – и пусть «рожденный ползать» народ забавляется теми, кто научился летать»…

– Послушайте, все это, однако, походит на гнусную провокацию, – произнес по окончанию Николай Николаевич, честный воспитанник старого столичного вуза, в вестибюле которого стоял горьковский бюст.

– Не горячитесь, коллега. Наши воспитанники все-таки дети, причем дети серьезных, даже известных людей…

– Но к чему же мы, таким образом, приведем нашу паству, если не дадим подобным проискам достойный отпор? Ведь каждый будет вытирать ноги о святые для нас имена! И потом, ведь это срывает весь учебный процесс и почему я вынужден ввязываться в этот утомительный спор, терять драгоценное время и отвечать на казуистические вопросы!

— Так ведь это наша прямая обязанность! А вдруг нас провоцируют не случайно? Представьте, что некто задался целью выяснить уровень наших педагогических знаний.

… Или даже апробировать на педагогическом коллективе новые государственные идеи. Например, ответственности — за сказанные всуе и написанные ради гонораров слова… Вы помните шутку в «Литературной газете»? На вопрос о творческих планах писатель отвечает, что хочет в ближайшее время написать повесть эдак, рублей на четыреста… А что изменилось с тех пор? Только размер гонорара, а в результате каждый может написать, что захочет и безо всякой ответственности за собственный текст…

– И что же, по-вашему, решили начать именно с классиков, которые уже отошли в мир иной?.

.

– А серьезные дела начинаются, как правило, исподволь, незаметно. Им сначала создают основания, готовят народные массы. И согласитесь, проще спрашивать с тех, кто уже не может за свои грехи отвечать… А потом – хвать за голый зад осмелевших газетных писак и переделкинских пачкунов: ну, чего вы там уважаемые сочинили, извольте теперь за все отвечать…

– Вы полагаете, что это возможно в наши-то беспутные времена? Ведь на дворе не тридцать седьмой, а новое время!

– Запомните, ни в девятьсот пятом, ни в семнадцатом, ни в тридцать седьмом, ни в шестьдесят первом, ни в начале девяностых мало кто ожидал больших перемен, а сейчас с последней перетряски миновало уже почитай почти двадцать лет.

Причем Россия теперь вымирает – значит самое время искать виноватых, самое время начать…

– Вы полагаете, все так серьезно? И этот Сокольский, или те кто за ним запустил пробный шар?

– Не смею, коллега, вас убеждать, но будьте с ним осмотрительней.