Да начнётся всё с начала. Книга третья. Не надо было злить…

Человек в штатском встал из-за стола и неспешной походкой направился к выходу. Нажав несколько кнопок на вмонтированном в дверь пульте, он покинул комнату для допросов. Человек в штатском номер один стоял на прежнем месте и, скрестив руки на груди, продолжал смотреть на оставшегося в одиночестве отставного военного.

– Очень, очень странное и тёмное дело… – задумчиво и медленно проговорил человек в штатском за номером один, – Очень тёмное и, очень странное… – добавил он после непродолжительной паузы.

II

Самой новейшей модели «болид» закрутив вираж над лугом подстриженной травы и резко снизившись, тем не менее, мягко опустился и коснулся твёрдого покрытия небольшой площадки. Дверцы со стороны пассажиров новейшей чудо-техники плавно и с тихим жужжанием откинулись вверх. С переднего пассажирского места на посадочную площадку ступил мужчина в самом расцвете сил. Дорогой костюм пошитый явно на заказ, безумно дорогая обувь того же производства, говорили о том, что этот, довольно ещё молодой человек, едва достигший по всей вероятности тридцатилетнего рубежа, представляет собой по всей видимости довольно серьёзного и обеспеченного субъекта.

Субъект этот, невзирая на все атрибуты роскошного гардероба, довольно проворно и как-то даже по-военному развернулся на дорогущих каблуках безумно дорогой обуви и протянул руку. Из салона навстречу его руке, на коей поблёскивали золотые запонки с крупными «брюликами» и часики ценой, что могла поспорить с ценой новенького «болида» вытянулась смуглая женская ручка.

Далее показалась и сама леди. То, что было надето на леди легко и непринуждённо затмило все те атрибуты роскоши, что были на молодом человеке.

Парочка сия, сделав несколько шагов прочь от «болида» и, оказавшись на краю твёрдого покрытия посадочной площадки была встречена ни чем не примечательным человеком. Посредственность эта услужливо улыбаясь, склонила голову в нечто подобное поклону и указала жестом в сторону огромного средневекового замка.

За его спиной располагались ещё двое. Эти не улыбались. Не кланялись. Оба внимательно следили за передвижением и поведением гостей, не упуская из виду их «болид» с оставшимся в салоне одноглазым водителем-пилотом. Лица у обоих были серьёзными и сосредоточенными.

Указав жестом на средневековый замок, серенькая посредственность первой направилась в его сторону.