Солдатские небылицы

Солдатские небылицы

Геннадий Русланович Хоминский

Жизнь можно прожить только один раз. Нельзя ничего повторить. Но можно и нужно вспоминать – чтобы не забыть. Сборник рассказов «Солдатские небылицы» – мои воспоминания о службе в армии. Были ли эти истории на самом деле, или это плод моей фантазии? Кто же теперь вспомнит по прошествии более сорока лет. Но я знаю одно точно. Был дембель 1977 года, и я ехал в таком же поезде Архангельск – Москва. Посвящается тем, кто отслужил, кто служит, кто будет служить и тем, кто ждал, ждёт и будет ждать.

А самое главное, моим сослуживцам, кто был вместе со мной на Новой Земле 1975 – 1977 году.

Геннадий Хоминский

Солдатские небылицы

Посвящается тем, кто отслужил,

кто служит,

кто будет служить и тем,

кто ждал, ждёт и будет ждать.

И куда не взгляни

В эти майские дни

Всюду пьяные

Бродят они.

(Дембельская песня)

Начало

Ночь. Не спится. Не понятно почему. Лежу и перелистываю в своей памяти странички дневника жизни.

Год 1977. Весна.

***

Я работал проводником поезда Архангельск – Москва. Вообще-то проводником я работал мало, всего одну поездку – от Москвы до Архангельска и обратно. Но эта поездка запомнились навсегда. До Архангельска народу в вагоне было мало – человек десять-пятнадцать. Зато обратно вагон был полон. Основные пассажиры поезда – дембеля, то есть демобилизованные солдаты. Ребята отслужили свои два года, а кто и три, на крайнем Севере и возвращались по домам. Дорога была практически одна – на Москву.

Откуда уже по одному, по двое поедут дальше по нашей необъятной. А от Архангельска ехали большими компаниями. Кто из архангельской тайги, кто с самого Крайнего Севера: Амдермы, Новой Земли и даже с Земли Франца Иосифа, или как они говорили ЗФИ. От свободы у ребят кружилась голова, вернее её зачастую просто сносило.

Ещё в Москве к моему вагону подкатили тележку, в которой стояли штабелем ящики с водкой и вином. С тележкой, помимо грузчиков, шёл бригадир поезда Николай Петрович.

Подойдя ко мне, он поздоровался: «Новенький, первая поездка? Не бойся, если что, обращайся – помогу. Как, говоришь тебя зовут?», – спросил меня.

– Да никак не зовут, я сам всегда прихожу, – пошутил я.

– Ты вот что, шутить будешь, когда в Москву из поездки вернёшься. Ежели жив – здоров останешься, – грубо оборвал он меня.

– Да ладно, шуток не понимаешь, – огрызнулся я, – зовут Кеша, но друзья величают Палычем.

– Короче так, Палыч.