Созерцатель

Нам пришлось приложить немалое усилие, чтобы понять откуда она идёт. Ты умирал и мы спасли тебя, в чём ты нас теперь обвиняешь. Это недопустимо даже для потомка харрана. Мы не можем исполнить твоё желание. Твой носитель умер», – ввернулись в информационное поле Мета колючие мысли неизвестно от кого, наполненные язвительностью.

И опять наступило долгое молчание. Мет понимал, что сейчас он бессилен сам управлять своей дальнейшей судьбой, но и бездействовать он тоже не хотел. Оставалось одно: каким-то образом найти себе союзников среди харран, которые, если не создали бы для него новое тело, то, хотя бы, научили его, как его можно создать самому.

«Проклятье! Мир харран совсем не ласков, а даже жесток, – замелькали у Мета мысли, наполненные симбиозом грусти и досады. – Не зря археи негодуют. Остаётся лишь одно – тесное сотрудничество с Атрой! Если она не поможет, то придётся застрять здесь надолго».

«Атра! Ты ещё согласна сотрудничать со мной? Где ты?» – отправил он тихую мысль в никуда.

Опять наступило долгое молчание.

«Странная цивилизация, – замелькали у Мета грустные мысли для самого себя. – Такое впечатление, что каждый сам за себя. Неужели у них нет административного органа, который управлял бы цивилизацией, куда можно было обратиться с какой-то просьбой?»

«Кепиат», – блеснула молнией в информационном поле Мета очень короткая мысль.

«Что такое – кепиат? – механически отправил Мет мысль в никуда.

«Высший административный орган цивилизации», – ввернулась ему в информационное поле чужая колючая мысль.

«Как обратиться к нему?» – отправил Мет очередную мысль в никуда.

«Сгенерируй мысль и Кепиат поймёт её», – ввернулась в информационное поле Мета очередная колючая мысль той же тональности.

«Верните меня туда, откуда выкрали», – Мет постарался вложить в отправленную в никуда мысль твёрдость.

«Кепиат принимает решение лишь относительно харранов, над которыми нависла угроза уничтожения.

В других случаях харраны сами выбирают свой путь созерцателя. Мы услышали угрозу для твоего разума и помогли тебе оказаться среди нас. Ты свободен в своих решениях», – ввернулись в информационное поле Мета пространные колючие мысли, присланные неизвестно кем.

И опять наступило мысленное молчание. Мет окончательно убедился, что помочь ему вернуться в его прежний облик здесь, по крайней мере сейчас, желающих нет. Оставалось одно: разбираться самому.