Мыслемокот. Рассказы-фантасмагории

Наступили самые важные минуты в его жизни, память о которых не сотрётся никогда.

Очевидно, когда, неся тяжеленную косу, бедненькая скрючившаяся старушка придёт к нему, человек будет знать, зачем Бог спустил его на Землю. Пьедестал затрепещет под рекордсменом. Единичка на самой высокой тумбе ещё более выпрямится и практически превратится в восклицательный знак. И человеку станет легче… Легче уходить. Уходить туда, где играет тихая классическая музыка, где все говорят шёпотом, потому что так лучше слышно.

А что же с братьями? Братья будут им гордиться от чистого сердца, с открытой душой. Они встанут позади, поддерживая своего лидера. Такое происходит всегда, во все века. История оставляет на поверхности океана жизни только тех, кто не спасовал, бросив вызов судьбе.

Что за остальным, за обыденным? Был ли человек богатым или бедным, был хмурым или весёлым, имел дворец или лачугу – всё прах, ничего не значащий песок. Он развеется поутру, с первыми порывами ветерка…

Но как же с решением задачки? Сколько личностей жило в этом человеке? Неизвестно.

Ответ он унёс с собой в портфеле первоклассника.

Помнишь? Линейка, первый звонок… Ты стоишь в белой рубашонке такой счастливый, такой чистый. В это далёкое время в тебе наверняка находилось только одно «Я».

А сейчас? Сейчас, в пятьдесят с гаком лет, уж и не сосчитать. Главное, чтобы среди них жил тот, который с Луной.

Детство

Детство ушло.

Ушло навсегда,

Оставив только музыку со школьного выпускного вечера.

Я её слышу. Слышу ясно, будто сейчас ещё нахожусь там…

Там было детство, сути которого я не понимал. Там было время, которого я не замечал. Там не было Бога, о существовании которого я не догадывался. Там не было всего того, что сейчас наполняет мою жизнь. Но разве важно, что было и чего не было тогда? Там все были живы. Я мог дотронуться до них рукой и ощутить теплоту их тела. А сейчас?..

А сейчас я могу сделать то же самое, только в своих мыслях.

Мыслях, которые выскальзывают из моей головы и ложатся на чистое белое поле смартфона, преображаясь в непонятные чёрные витиеватые закорючки. Эти буковки, слова и предложения называются русским языком. Но сможет ли он передать всю мою внутреннюю тоску и боль о времени, когда я был ребёнком?

Там было хорошо – да, там было что-то, к чему мы сейчас ни за что не хотели бы возвращаться – тоже да. Но тёмных красок было немного.