Белая кровь Тавриды

Невдалеке виднелись какие-то полуразрушенные строения из камня-ракушечника. Подошли к ним.

– Остатки соляного склада, – сказал Василий Авдеевич. – Когда-то здесь хранилась соль. Много соли… А вообще-то обычно соль хранили в буртах, под открытым небом.

– Так ведь если дождь… – почесал в затылке майор Крикунов.

– А на этот случай имелись свои хитрости, – сказал Василий Авдеевич. – Сверху бурты укрывали тростником или обмазывали глиной, а то и навозом.

– Ну да? – не поверил Крикунов.

– Было дело, – вздохнул Василий Авдеевич.

– Так хоть как ее добывали, соль-то? – спросил Крикунов.

– Как добывали? – переспросил Василий Авдеевич. – А вот смотрите… Видите это большое квадратное углубление?

– Ну…

– Это бассейн. В него из озера пускали воду. Бассейн мелкий, и вода быстро испарялась. А соль на дне бассейна оставалась. Ее сгружали на тележки и свозили в бурты. Вот и все.

– Так просто? – с удивлением спросил Крикунов.

– Да, так просто, – задумчиво подтвердил Василий Авдеевич. – Хотя как сказать. Солнце, ветер, жара; соль въедается в кожу, лезет в глаза и в рот… А пресной воды – самая малость. Только чтобы попить. Умыться и то нечем… Вот я сказал – добытую соль складывали в тележки. Ну, так в те тележки надо было кого-то запрягать, не так ли? Спрашивается кого? Никакая скотина долго не выдерживала. Только – верблюды. Так на верблюдах и возили.

– Вот оно как! – с искренним удивлением произнес Крикунов.

– Да, вот так… А только где их сейчас взять, тех верблюдов? И верблюдов, и людей…

Помолчали, глядя на мертвую, нестерпимо синюю воду Сиваша. Отчего-то, несмотря на то что вода была неживая, на нее хотелось смотреть и смотреть. А затем Крикунов спросил:

– А вот говорят, немцы всю соль вывезли. А что же вы, партизаны? Отчего не воспрепятствовали?

– Препятствовали как могли, – сказал Василий Авдеевич. – И грузовики взрывали, и бурты соляркой обливали… В общем, это отдельная история.

– Ну…

– Обратили внимание на то, что он взорван?

– А ведь оно так! – с некоторым удивлением произнес Крикунов. – В самом деле – взорван…

– Ну, вот видите. Мы и взорвали. Воевали как могли.

– Это значит, чтоб у немцев каша тоже была несоленая, – невесело пошутил майор. – Тут у меня имеется просьбочка… Помещеньице нам надобно какое-никакое. Где-нибудь поближе к соляным местам.